http://letheflamesbegin.rusff.me/ WHEREVER YOU WILL GO ru-ru Wed, 13 Sep 2017 23:00:46 +0300 MyBB/mybb.ru http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=515#p515 <p><span style="display: block; text-align: center"></span></p> mybb@mybb.ru (Akira Honda) Wed, 13 Sep 2017 23:00:46 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=515#p515 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=514#p514 <p><span style="display: block; text-align: justify">Сложно собрать себя в кучу и вернуться к реальности, когда в голове пляшут гоблины. Надо сказать, Акира не часто попадал в ситуации, после которых наутро приходилось бы беспокоиться о последствиях. И вопреки – как выяснилось – расхожему мнению, его выдающееся обаяние еще ни разу в жизни не доводило до неосознанных свершений, как бы сильно Тае Грин не казалось наоборот.<br />В последние дни стало полегче. После того смятого, но все же разговора у бара, с души словно спала свинцовая тяжесть, что мешала ровно дышать последние пару недель. Теперь не надо было беспокоиться, что из-за угла на работе внезапно выскочит причина беспокойств и придется снова испытывать дискомфорт и обиду. И хотя Акира до сих пор не понимал, какого хрена тогда все пошло не так, он перестал раздражаться от звуков ее голоса в округе и даже начал здороваться, не скрипя зубами, реально ощущая, что Грин больше не пытается испариться из общего пространства со скоростью спирта.<br />Легче, но не лучше. Мысли из головы никуда не подевались, разве что теперь он, наконец, смог взять в руки гитару, не опасаясь, что из башки посыплются тесты новых песен в стиле Джастина Бибера. И на том спасибо. Впрочем, методичное перебирание струн, как и тупое заучивание новых композиций для спектакля не позволяло до конца утолить жажду порядка в собственной голове. Не способный жить в абсолютном хаосе, парень понимал, что так или иначе все равно придется расставить точки над Ё, вот только ждал какого-то волшебного пинка от вселенной. Словно бы однажды утром он проснется с ощущением, что познал смысл бытия и точно знает, как справиться с этой коллизией. Одно за другим утра сменяли друг друга, но ничего подобного не происходило, лишь накапливалась адская усталость от ситуации, пока наконец осознание собственной глупости не стало таким явным, что терпеть это стало просто невозможно.<br />Сегодня. Сегодня настал тот день, когда Акира Хонда осознал, что готов пойти на прямой диалог с Таей Грин, не примешивая дерьмо своего характера и крепкие слова. Тем более, что не видел её вот уже несколько дней, и начал даже чувствовать себя некомфортно без ощущения, что где-то между стенами театра, с флегматичным лицом она тоже делает свою работу, пытаясь попасть в привычную колею жизни.<br />Глупо вышло. Алкоголь стал виной порчи отношений, на которые хотелось возложить надежды, вместо того, чтобы играть в пинг-понг с шариком негатива. В конце концов никакое чувство стыда и сожаления не сможет перекрыть отсутствие рядом человека, с которым ты мог бы чувствовать себя комфортно. Акира понимал, что уже ничего не будет как раньше, и совершенно не знал, как все исправить, однако, паркуя автомобиль у дома Таи Грин, твердо решил, что должен добиться общего знаменателя, потому как больше так продолжаться не могло. Уж очень растерянной она выглядела тогда у бара. Даже для своего привычного состояния безразличия на лице, с которым она успешно маскировала любые эмоции вплоть до злополучного вечера, который перечеркнул их дружбу.<br />Было ли это дружбой вообще? Ответ на этот вопрос Хонда решил поискать среди своих музыкальных набросков, но уже после того, как заимеет полноценный диалог с Таей, первый за несколько гребанных недель. Ему этого очень не хватало.<br />Справившись с пакетом, в котором привез сладкое для домочадцев, Хонда двинулся вдоль дорожки в направлении дома, не ощущая сомнений. Как будто бы усталость от ситуации вытеснила из груди все прочие чувства, включая беспокойство и сомнения. Как будто бы, как и раньше, дверь откроется нараспашку, принимая старого гостя, и все станет на свои места без лишних слов и упреков. Лицо мисс Грин старшей, появившееся в двери тут же подкормило эту иллюзию, вызывая добродушную улыбку на лице Акиры, должно быть, впервые за много дней состояния угрюмого поэта в запое. Мать Таи тут же пустила его в дом, и перекинувшись приветственными словами с внезапным гостем, сообщила, что дочери еще нет дома, предложив чай и свою компанию на время ожидания самой занятой в мать его воскресенье. <br />Стараясь не думать о том, как чувствовать себя, когда сидишь перед человеком, с чьей дочерью переспал, Акира подозрительно быстро развеселился в окружении семьи, которая совсем не была похожей на его собственную. Ему всегда нравилось бывать у Таи в гостях именно из-за этого чувства легкости, которое дарила атмосфера. Как будто бы он был частью этой простоты, в месте, где его принимали&#160; как родного, как никогда не было с теми, кто появлялся в гостях у отца. Расслабившись, Акира несколько потерял русло своего визита, и поэтому, когда дверь резко скрипнула от чьего-то толчка, оказался не готов к появлению в гостиной Таи Грин, которая, вероятно, могла бы сказать то же самое и о нем. Мать Таи как раз рассказывала какую-то смешную историю из своей жизни, и оказалось не просто не подавиться смехом, а после него принять серьезное выражение лица, чтобы сказать – <strong>Привет</strong>, - Отставляя в сторону кружку с чаем и не выглядеть слегка долбанутым, ведь ничего не было в порядке. –<strong> Прости, что не предупредил… я ехал мимо,</strong> - Наличие других людей в комнате вынудило вести себя так, словно бы было. – <strong>Надо поговорить. – </strong>Но никакие обстоятельства не могли вынудить Акиру Хонду превратиться обратно в подростка и начать придумывать поводы для визита. Он коротко улыбается беззаботной матери Таи и встает с кресла, почти готовый вернуться в суровую реальность. Желательно не при всех.<br /></span></p> mybb@mybb.ru (Akira Honda) Sun, 04 Jun 2017 19:58:10 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=514#p514 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=512#p512 <div class="quote-box answer-box"><cite>Taya Greene написал(а):</cite><blockquote><p>W H E N   Y O U ' R E   N O T   H E R E   I ' M   S U F F O C A T I N G</p></blockquote></div><p>ОНО И ВИДНО</p> mybb@mybb.ru (Akira Honda) Sun, 04 Jun 2017 19:07:39 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=512#p512 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=508#p508 <p><span style="display: block; text-align: justify">На этой стороне баррикад всё было гораздо проще: никаких стадий принятия. Наверное, потому, что если бы Акира каждый раз устраивал себе сеанс психоанализа по случаю очередной не оправдавшей себя надежды, он бы пополнил гильдию Наполеонов в отделении местной психиатрической больнице, так и не покинув пределы Японии. Нет, правда. В его голове с самого детства было так много ненужных мыслей, от которых разрывалась черепная коробка, что пустить на первый план душераздирающую историю о безразличии Таи Грин к его персоне было бы фатальной ошибкой. Акира не хотел умирать. Парочки разочарований в женской сущности с лихвой хватило на то, чтобы сделать жизненно важные выводы, а проблемы с отцом каждый раз перекрывали их своим масштабом, как бы ненавязчиво напоминая – быть неугодным своему родителю факт куда более болезненный, чем, например, выйти из душа и не найти девушку в пределах своей квартиры потому, что она решила помыться дома.<br />В тот день в неуемной – казалось бы – башке было особенно пусто. Хонда прошлепал босыми ногами по комнате, на всякий случай заглянув по углам (где обычно сидела Грин), посмотрел тупым взглядом на входную двери, а затем бездумно навел порядок на кухне и был таков. Так и не взял в руки гитару, совершенно не желая принимать образ брошенного романтика, пускающего слезу над проколотым сердцем. Вероятно, просрал парочку крутых рифм - не самая высокая цена за свою бездарность.<br />Просто нелепая ошибка. Назвать свершившееся иначе не поворачивался язык. Обидно – столько лет заниматься самовоспитанием, а потом облажаться так конкретно, что не осталось сил даже злиться на самого себя. С чего он вообще взял, что девушка, отсиживающаяся в углу жизни может отличаться чем-то особенным от тех, кто уже занял очередь за женским счастьем у его двери? Нет, серьезно. Одна половина прекрасного населения ломится вперед, напирая на институты семьи и брака как Каледон Хокли на последнюю шлюпку, другая – спешно теряется прочь, пробираясь к выходу сквозь выброшенные гамбургеры на цыпочках, и никакой золотой середины. Наверное, Акире просто конкретно не повезло с наглядным примером своих родителей, где мать отчаянно прощала отца за все неприглядные стороны его личности, а отец принимал эту любовь как данность и не ведал, что бывает иначе. Очевидно, для истории с Таей этот шаблон не годился, разве что если подождать пару годков, когда ей дойдет, что никто кроме глупого японского болванчика не захочет так же упорно замечать её темный угол, а одиночество наскучит как факт. Только не надо про эту утопию с кошками в 40, хорошо?<br />“А может, хватит?” Здравый вопрос, подкинутый сознанием где-то под вечер последнего выходного дня. Разумеется, от отчаянных ворочаний в кровати сон ни к кому не пришел, но измотанный организм все равно взял верх над воспаленным созданием где-то после трех, от чего на утро под глазами обнаружились красивые мешки начинающего лунатика. <br />-<strong> Доброе утро. </strong>– С поднятой головой, словно бы не на виселицу. Оказывается, делать вид, что ни в одной комнате нет темных углов, не так сложно, как если бы Тая оказалась чуть более социальной и вытанцовывала перед его носом вместе со своим чувством собственного достоинства. Он бы сказал спасибо, да упорно не желал поднимать глаз то от ровной линии клавиш на фортепиано, то от кучки декораций, что взялся разрисовать для предстоящего мероприятия. “Привет, всё в порядке, а ты?” Дежурные фразы на дежурные вопросы от (как внезапно оказалось) слишком навязчивой сонмы знакомых, и если бы не чересчур любопытный Дейв с его попытками добиться аудиенции от лучшего друга, все могло пройти гладко. <br />Нет, конечно же, не могло. Как у него вообще хватило ума предположить, что отстроченный разговор с тем, кто видел, как двое синхронно ретировались из бара, избавит гудящую голову от других еще более неприятных случайностей? Ведь, это случайность, то, что они с Таей нечаянно сталкиваются за поворотом? Потому что нарочно такую неловкость и не придумаешь. И когда у тебя остается выбор, наступить на все больные места разом ради маски адекватного собеседника или показаться сущим невеждой с кирпичным лицом, вдруг доводится выбрать второе, потому что на первое в этой батарейке практически не остается мощности. <br />Один, два, три – эти печальные столкновения повторяются, меняя фокус и дальность расстояний. В какой-то момент Акире начинает казаться, что если он опустит глаза в пол и будет считать деревяшки под кроссовками, он все равно почувствует приближение Таи через три стены, и от этих мыслей начинает дергаться глаз. <br />Неприятно&#160; - это даже не то слово, которым можно теперь описать некогда уютное местонахождение на любимой работе, и окружающие узнают о перепадах настроения гораздо раньше, чем рассудок успевает подбросить причинно-следственную нить. В какой-то момент становится наплевать на вежливость, сдержанность и многое другое, без чего вполне можно обойтись, если выполняешь свою работу в срок. Как результат: обиженный грубостью Дейв, еще парочка тех, что в очереди и беспокойство начальницы о состоянии здоровья. Попросить бы&#160; поставить лампочки во всех темных углах этого треклятого здания, но что-то подсказывало, что даже самый яркий свет не выкурит вездесущую Таю Грин, которая даже пару раз – он точно видел – пыталась внедрить в жизнь план по нормализации климата. Охуела.<br />Сказать бы, что ничего не может длиться вечно, но на далеко не первую неделю паршивого настроения Акира&#160; почти поставил крест на здоровом оптимизме. Смешно и грустно одновременно: столько времени убить на равнодушие к делам сердечным, а потом разрушить всё на свете одним нелепым шотом текилы, доведшим до кровати с неверной кандидатурой. Попытки понять, от чего же теперь так сложно притворяться, что не замечаешь собственных чувств, не действуют от слова “совсем” прекращаются окончательно примерно к концу несчастливого месяца. И если вы думали, что за этот период палец хоть раз дрогнул в сторону контакта из списка на букву “Т”, то вы не оценили силу этого разочарования indeed.<br />Наверное, стоило просто пойти на поводу у внутренних позывов и написать гребанное заявление об увольнении, как того требовала творческая душа в период кризиса, но в конце концов Акира нашел себя в привычном месте в субботний вечер с очередной попыткой влиться в русло жизни, хоть имея на то исключительно деловые причины. Нет диджея, когда хорошему другу нужно быть в другом месте в это же время – чем не надежное оправдание собственному нахождению в центре жизни? И на энном трэке Хонде даже показалось, что если позволить затыкать себя общение до смерти, то внутри включается здоровое чувство похуизма к жиже из кипящих мозгов внутри, а бесконечные собеседники уже почти не вызывают желания сделать лицо-говно в качестве тотэма отпетого социопата. Ha-ha. Откуда же он знал, что даже если не особо выглядывать из-за колонки и послушно кивать на все просьбы организатора, можно неожиданно узнать, что девушка, которая собирается спеть на сцене со своим другом, обладает поразительно знакомым голосом даже для желающего обмануть свой слух случайного диджея. <br />Раз, два, три. Тянутся бесконечные минуты. Акира пялится в установку, едва ли способный анализировать лириксы звучащих текстов, и только мерно шлепает пальцев по краю столика, ощущая очень притупленное желание прервать этот концерт до того, как внутри опять начнется эта война. Да она издевается? <br />Вряд ли. Хонда давно уже не был настолько самонадеянным, чтобы в серьез думать, будто бы мир вертится вокруг него, даже когда дело касается равнодушия. Откуда Грин было знать, что он окажется именно здесь, именно в это время и будет заменять своего знакомого по доброте душевной? Что, впрочем, никак не уменьшало величины несправедливости в голове Акиры, где беглянка спокойно гуляла по барам в поисках новой жертвы своей неприязни социальных институтов межличностных отношений, а он здесь как дебил старался не выныривать из-за кипы проводов, чтобы не создать неприятной паранойи. Он ведь тоже не знал. А если бы знал – ни за что бы не появился здесь, это факт. Но далеко не факт, что Тая думала об этом именно так. Что она вообще думала об этом. Ha-ha.<br />Мужественно дождавшись, когда это испытание не прочность подойдет к своему логическому завершению (левый мужик начнет воодушевленно расхваливать обладательницу чудного голоса и не только), Акира просчитал до десяти прежде, чем вынырнуть с темной стороны, предварительно забив несколько треков наперед. Теперь у него в кармане лежала своя пачка сигарет и он не собирался клянчить, зная, что тремя попытками продышать реальность тут уже не обойтись. Еще Хонда не собирался давать о себе знать. И если в театре ему не хотелось чувствовать себя идиотом, засовываясь в углы, то в этом баре, напротив, не было никакого желания сверкать своим наличием (читать: мешать Тае подыскивать себе более удачного кандидата), так что на улицу Акира выскальзывает смутной тенью, не поднимая головы и не заботясь, заметят ли его те, кто не должен. Никто никому ничего не должен.<br />- <strong>Гм,</strong> - Все так же, не глядя, он вжимает голову в ворот толстовки, неприятно морщась от вечерней прохлады. Пачка сигарет появляется из широкого кармана, и от греха подальше Акира делает несколько шагов в сторону от окна, вслушиваясь в шум придорожных машин так отчаянно, что не замечает, как сбивает с ног чью-то фигуру, когда чиркает зажигалкой. – <strong>Простите</strong>, - Спохватывается довольно быстро, выдирая себя из мутного мира собственных фантазий, в которых все еще присутствует Тая, несмотря на тучу усилий изгнать её в отдел долговременной памяти. Каково же может быть его разочарование, когда Тая присутствует еще и в реальности, открываясь светлым ликом прямо за пару сантиметров от его лица – ладони инстинктивно поддерживают её фигуру за плечи, в секундном порыве предотвратить падение. <br />Сказать бы, что он знал, как повести себя в такой странной ситуации – солгать, не краснея. Отмотать бы время хотя бы на пару недель назад, и Хонда, наверняка бы, сделал злобное лицо и тут же развернулся в обратную сторону, но момент, когда апататия завершила цикл варки этого зелья злости, оказался бездарно упущен. “А, это ты.” – рисуется на лице, и, убедившись, что тельце стоит на ногах, Акира отрывает ладони от плеч, зачем-то подмечая взглядом стакан в руке девушки. – <strong>Извини</strong>. – Делает шаг в сторону, и возвращается к процессу прикуривания, потому что момент, когда еще было не поздно хлопнуть входной дверью бездарно проебан. Сердце пускается в странный пляс почти мгновенно, но его отчаянный стук по барабанным перепонкам – последнее, что можно было заметить, избегая чьего-то общества, и вляпываясь в это общество через секунду от выдоха облечения. По спине пробегает неприятная дрожь, и прохлада улицы становится еще более выразительной, как и многие другие ощущения, ловко прятавшиеся за печатью семи толстых стен немоты. А он ведь даже не пил. Когда боковому зрению кажется, что Грин дергается в сторону, изнутри как-то устало вырывается. – <strong>Не надо, я сейчас уйду. –</strong> Жаль, что не так красиво, как можно было бы, если бы не диджейский пульт. – <strong>Хорошо спела, не паникуй. </strong>– Кивок на стакан в руке и серьезность в глазах. Та самая, при которой человек перестает быть человеком, превращаясь в объект, на ободрение которого не нужно растрачивать тонких струн души. Главное, не увлекаться и не додуматься возвращаться к старым траекториями вращения вокруг чужой орбиты. &quot;Ha-ha&quot;. Бам-бам-бам по вискам - почти привычно. И даже немного жаль, что не выходит злиться бесконечно долго, потому что злость была идеальным щитом от всего этого безобразия.</span></p> mybb@mybb.ru (Akira Honda) Fri, 08 Jan 2016 21:15:33 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=508#p508 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=498#p498 <p><span style="display: block; text-align: justify">Боковым зрением Питер замечает движение руки прочь от обозначенной трубочки, и у него едва получается унять приступ ликующего ехидства, прорывающийся ползущими вверх уголками губ. Но прежде чем его уличат в коварном плане, стоит знать, что уверенный в себе павлин – удачно подобранный образ на замену так и не нашедшему своё место мальчишке из приюта, который вряд ли способен вызвать что-то кроме чувства жалости. И озвучивание крайне удачно замеченных деталей происходящего – не больше, чем результат синдрома внутренного одиночества и попытка удостовериться в том, что его ощущения вовсе не плод расхваленной фантазии.<br />Короткий смешок. Несколько отрицательных мотков головой. Глаза видят желаемую реакцию, и внутренняя истерика унимается, позволяя прекратить увлекательное изучение языка тела. И одному Богу известно, почему по шкале заинтересованности теребление пластмасски для мужчины более показательно, чем вписывающаяся в него задница на танцполе.<br />— <strong>Нет!</strong> — степень оскорблённости тона смягчается широкой улыбкой следом, — <strong>Да,</strong> — Питер щурится, открывает рот, словно подбирая слова, и мгновением позже подхватывает, — <strong>Что за чёрно-белый мир? Я не шёл с мыслью,</strong> — резко меняясь в эмоции, Бьюкенен корчит напыщенную гримасу соответствующую его представлениям об ограниченных фантазёрах, о браке с которыми так не хотела думать Юмико, — <strong>Самец вышел на охоту. Кого бы мне отвезти сегодня на край света? О, вот она моя жертва,</strong> — многозначительно задранные брови. — <strong>I'm not saying that I have a holy mind. I saw you there. Alone. And I thought: maybe, she just wants to be by herself or, maybe, if I am lucky enough, she will want to talk to me. So I gave it a shot,</strong> — ухмылка, следом за которой он непричастно пожимает плечами и опирается локтём о барную стойку, слегка подаваясь вперед. — <strong>But, yeah, you're right. Partially,</strong> — потому что этот материализовавшийся из разряженного обидой воздуха пояс верности своим принципам теперь не содрать даже самым проникновенным взором в душу. Впрочем, Питер всё равно предпочитал никогда не говорить никогда.<br />Он механически следует за взглядом девушки в толпу, внимательно вслушиваясь в ценную информацию. Брат? Друзья? Вдумчивый кивок, должный замазать прорывающуюся наружу довольную эмоцию от того, что среди списка не прозвучало ничего, что могло бы намекнуть на наличие других прытких разумов с Сингапурскими Слингами на подходе. По крайней мере, тех, о которых ему стоило беспокоиться сегодняшней ночью. <span style="font-style: italic">Только сегодня, Питер?</span> Но мужчина предпочитает игнорировать прогрессирующую деромантизацию случайных встреч без перспектив на какое-либо продолжение, устремляя всё своё внимание на девушку напротив.<br />— <strong>Очень даже представляю,</strong> — хмурится, хмыкает, — <strong>Я бы даже сказал: удивительно, что мы встретились,</strong> — но, пожалуй, удивляться здесь стоило совсем не этому, а его навязчивому желанию толкнуть философскую мысль про судьбу. К счастью, здравый смысл вовремя стряхивает с себя заразительную ауру пьяной беззаботности, возвращая Питера в ту ветвь реальности, где множество совпадений были простой случайностью, а не частью небесного плана. Хотя, если она будет продолжать <span style="font-style: italic">так</span> хлопать глазами, он вполне готов пересмотреть некоторые взгляды на мироустройство и уверовать.<br />Короткий жест в сторону бармена. Если Юмико не собиралась манипулировать тонкими струнами его души, то Питер действительно говорил правду о своих намерениях упорно оставаться джентельменом, каких бы усилий это ни стоило. А что-то подсказывало: необходимость взывать к своей петушиной гордости возрастала с каждым глотком подсовывающейся собеседницы. Да-да, он заметил. И вполне мог помочь со скоростью приближения, но как же тяжело было оторваться от наблюдений за постепенно сокращающимися сантиметрами.<br />— <strong>Боюсь, что настаивать будешь не ты, а ярко-красная алкогольная отрава в тебе,</strong> — и, сказать по правде, совсем не хотелось жить с мыслью, что Юмико не смогла устоять перед харизмой розовой жидкости, плескающейся в её желудке. Добиться женщины, потому что спиртной яд подействовал – не самый лучший способ покорения сердец. Или он не прав?<br />Однако, уже спустя секунду подобные мелочные вопросы теряют необходимость в своём существовании. По телу прокатывается неожиданный разряд электричества, и Питеру требуется один неровный вдох, чтобы определить причину столь бурной реакции на окружающую действительность. Причину, которая обнаруживает себя практически перед носом, опираясь на колени. Издевается? Или только что началось тестирование границ его силы воли? На короткий промежуток Бьюкенен теряет нить, связующую с реальностью, и ловит фокус на происходящем лишь когда к нему прилетает вопрос-расплата.<br />— <strong>Это бросается в глаза?</strong> — неровный вдох, едва различимый смешок. — <strong>I would say it's a nice kind of nervous,</strong> — произносит сакральным тоном, не отводя глаз. Наверное, стоило его предупредить, что подобные интонации чреваты. А, впрочем, вряд ли озвученных следом идей можно было избежать. Да и разве кто-то был против?<br />Воздух предательски кончается, но Бьюкенен не из тех, кто станет обращать внимание на столь несущественную проблему. Мужчина выдерживает паузу. Сердце пропускает несколько ударов. <br />— <strong>Is negative answer even an option?</strong> — потому что если это так, то он очень хочется познакомиться с тем, кто откажется проверять столь интересные аспекты, окутанные неизвестностью. Нет, а что? Вдруг кто-нибудь из них ужасно целуется. Было бы непростительно попрощаться, так и не раскрыв, между прочим, важной составляющей личностных данных. Питер наклоняется чуть ближе, решая, что сейчас самое время, чтобы посоревноваться в способностях проникновения в самую душу одним взглядом. Аккуратно проводит пальцем по щеке и притягивает ярую экспериментаторшу чуть ближе за шею. — <strong>You have my word,</strong> — говорит совсем негромко, дёргая бровью. Ухмылка. Остающиеся сантиметры стираются последним движением навстречу. И если бы не музыка вокруг, кто-нибудь бы обязательно оглох от громкой барабанной дроби в грудной клетке.<br />Оказывается, потерять ощущение времени не так уж сложно. Потому что когда Питер отстраняется, то обнаруживает непривычно сбивчивое дыхание, совсем не свойственное мастерам самообладания. И стоит ему посмотреть в два карих глаза, как чувство, что он куда более пьян в этом тандеме, удваивается. Глубокий вдох в надежде продышать плотную дымку, окутывающую разум.<br />— <strong>Сойдёт за ценный талант?</strong> — интересуется шёпотом в губы, не убирая ладонь с щеки. <span style="font-style: italic">Что ты несёшь, Питер?</span> Бесполезно. Через этот непроходимый туман не пробиться.</span></p> mybb@mybb.ru (Peter Buchanan) Fri, 08 Jan 2016 21:05:50 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=498#p498 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=497#p497 <p><span style="display: block; text-align: justify">Нет, вы только посмотрите, ему весело! От искреннего удивления у Юмико округлились глаза. Пыточный арсенал? Нет, он… серьезно? И только прогорклый ком обиды, надежно застрявший в горле, мешает открыть рот и прокомментировать эту ситуацию таким предсказуемым для вечно-флиртующей-со-слингом звезды инстаграма “не терпится посмотреть”. Молчи, Юмико! Молчание золото. Но если в отдельных ситуациях ей все-таки удавалось совладать с собой, то когда Питер Бесфамильный так отчаянно среагировал на её тычки по нервной системе, сдержаться не вышло от слова совсем. Итог: Юмико расправляет плечи и гордо сдувает с лица прядь волос – <strong>Ууу, Железный Дровосек не такой уж и железный. Валерьяночки? </strong>- И эта нотка гордости за собственное упорство в моральной атаке так и сквозит через широкую секундную улыбку. Последняя гаснет так же быстро как и возникает, потому что слишком уж решительно Питер оказывается на улице, а хлопок двери провоцирует на неровный рывок всем телом; некуда бежать. <br />Погодите-погодите. Избирательности? Это он ей?! Раздерганному рассудку далеко не сразу удается обнаружить зерно мысли в потоках эмоционального всплеска, казалось бы, невозмутимого поработителя непокорных. <strong>– Полегче, ковбой!</strong> – Вряд ли её голос слышно из-за закрытой двери, но через секунду последняя преграда распахивается на всю, а обладатель доступа к пыточному арсеналу оказывается слишком близко, чтобы игнорировать новую ( табличка сарказм) теорию о успешности образа обиженных и оскорбленных. –<strong> Тебе не показалось</strong>, - Стараясь сохранить былую невозмутимости, Юмико протягивает руки с немым вопросом на лбу: что тебе еще дать Питер? –<strong> Девушки падки на мужчин, пробуждающих в них материнские инстинкты защиты и жалости. </strong>– Это должно было прозвучать обидно, но обидно было только Юмико. Она поджимает губы, нервно дернувшись вновь, когда мужчина касается её запястий, хмурится и почему-то затихает так, словно бы секунду назад не мечтала вырвать свои руки и дать в глаз в конец распоясавшемуся актеру погорелого театра нормальной жизни. Да-да, почему-то именно в этот момент Хонда решила поразмыслить над тяжбами работы в полиции, очевидно, подсознательно подыскивая болевые точки, которые можно бомбить, имея за душой только груз разросшейся симпатии и отправленные в одну сторону смс. <br />Из потока мысленных изысканий вырывает голос мужчины. И хотя с их последней встречи он так и не потерял привлекательных нот, которые грели душу, теперь, как выяснилось, эти ноты работали на поражение; в какой-то момент Юмико даже показалось, что она не устанет поражаться происходящему никогда. Снова его шуточки! – <strong>Иди к..</strong> – начинает бодро, но хлопок двери прикрывает окно диалога, а так же перекрывает встрепенувшийся энтузиазм. – <strong>Черту</strong>. – Без него-то Мико и заканчивает фразу, на миг теряя запал, как вдруг…&#160; <br />Ах, если бы это была долгожданная свобода – то, что ударило в голову в следующий миг совершенно точно не имело ничего общего с радостью бытия. И впору бы открыть шампанское, а может и вовсе взмахнуть белым флагом щедрому освободителю, вот только крепостное право отменили еще в 1861, так что первопроходцем Питер был только по части Сингапурского Слинга, ведь даже пресловутые обиженки уже не раз использовались до него. Самое время вернуться к хреновым фантазёрам?<br />Юмико отчаянно подается в сторону, дергая дверь за ручку, и толкает от себя. Никакого счастья. Никакого горя. Ничего, кроме странного белого шума в голове, который за пару секунд умудрился заполонить собой все&#160; пространство черепной коробки и лишить рассудок способности контролировать ход событий. Девушка выставляет ноги наружу, отталкиваясь от сиденья, и по инерции трет кожу пальцами, очевидно, не оценив прелести заточения; наручникам далеко до средневековых игрушек. <br />Она даже не закрывает двери за собой, и дело вовсе не в том, что родилась в лифте. Дело в том, что сил на то, чтобы совершать какие-то решительные действия попросту не остается. Делает полшага в сторону, меняясь в лице, и уставляется на мужчину, что еще не успел сесть в машину, но явно очень желал, что же, его тут никто не держит. – <strong>Никто тебя не заставлял. –</strong> Что это? Обида? В самом деле, Юмико поджимает губы и делается какой-то чересчур серьезной для тех, кто ожидал вечную улыбку для селфи. –<strong>Ведь, говоря об избирательности, ты имел ввиду, себя?...</strong>– Полшага вперед, но от желания устроить темную тут разве что время суток. Подбородок как-то автоматически взмывает вверх, обозначая остатки гордости, готовые в любой момент камнепадом обрушиться на голову Питера. Юмико странно усмехается, глядя ему прямо в лицо. –<strong>И в твоем случае, лучше бы всё закончилось на краю света, верно? Тогда бы не пришлось здесь слушать всё это и вообще... </strong>– Уголки губ медленно тянутся вверх, а Юмико упускает момент, когда перестает страдать и начинает злиться; эта эмоциональная карусель обязательно вызовет тошноту. Но, кто бы думал на перспективу? <strong>– Жаль только, никакие обиженки не попрут против больных принципов и скверного характера. </strong>– Усмешка. Пальцы ловят открывшуюся дверь как-то автоматически. Юмико облокачивается на неё, не сводя глаз с мужчины так, словно бы не может наглядеться на его несметные таланты, что, в общем-то, не так далеко от истины. –<strong> Наверное, обидно - потратить целый вечер, доказывая самому себе, бог весть что. </strong>– Улыбка делается шире. – <strong>Хочешь еще один квест? Специально для твоих принципов. </strong>– Отрывается от двери довольно резко, и приближается к Питеру, касаясь пальцами его плеча. – <strong>Я думаю, что мне ничего не стоит, заставить тебя нарушить дюжину установок и присоединиться к армии моих фолловеров в ближайшее время. </strong>– Хлопает по плечу. -<strong> Избирательный ты мой.</strong> – Разворачивается и гордо топает к машине, смазывая улыбку тот час, стоило потерять необходимость играть на публику. Юмико оглядывается, падая на сиденье. <strong>– Уже обещаешь проследить, чтобы этого не случилось? </strong>– Уверенный хлопок двери; дурно делается только внутри. В одном Питер был, действительно, прав: в обезьяннике ей было бы гораздо веселее.<br /></span></p> mybb@mybb.ru (Yumiko Honda) Fri, 08 Jan 2016 21:04:47 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=497#p497 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=495#p495 <p><span style="font-size: 10px"><span style="font-family: Times New Roman"><span style="display: block; text-align: center"><strong>Erin McCarley</strong> – Into the fire</span></span></span><br /><span style="display: block; text-align: justify">Чей-то гневный возглас сотрясает и без того разряженный воздух, ненадолго вырывая сознание из изрядно поднадоевшей реальности. Пропущенный вдох. Назойливый стук пульса в подушечках пальцев. Акира ещё не успел выдернуть её из короткого забвения, но полноценного спектра эмоциональной отдачи не требуется, чтобы знать заранее – не стоило открывать свой рот. <br />Бестолковая. Бестолковая Тая Грин, решившая испробовать методику «докричись до чужого бункера», чего ты ждала? Ведь знала, что с таким же успехом можно орать в стену в надежде проделать там дырку собственным голосом. А вообще, с каких пор знание стало весомой причиной прислушиваться к проблескам здравомыслия? Даже теряя фокус от греющей организм жидкости она была в состоянии нарисовать утренний акт импровизированной постановки. Замедлило ли это упрямо прущий в кирпичный тупик бронепоезд? Как видите, нисколько.<br />Запястие пронзает непривычным для нового дня электричеством, и размытая действительность вновь обретает фокус, заставляя девушку врезаться глазами в лицо Хонды. Едва различимая попытка потянуть руку на себя. Тщетно. На этом силы сопротивляться находят свой ожидаемый конец. Enough – Тая следует просьбе без альтернатив. Впрочем, как и всегда.<br />He. Didn't. Plan. To... Whatever. Хочется кивнуть, что она тоже, но вряд ли их представления о неожиданности произошедшего так уж схожи. Зато, пожалуй, впервые за всё время вуаль неясности сдирается полностью, позволяя увидеть картинку в полный размер, а не путающимися частицами большого паззла.<br />С лица Грин сходит испуганная эмоция, оставляя пустой взгляд перед собой. Патетика с the other side перестаёт отзываться болезненными спазмами в груди, и, вероятно, если бы Хонда указал пальцем на дверь в это мгновение, она бы не восприняла жест оскорблением на свой счёт. Пьяная ошибка лучше, чем план отмщения за неповиновение флюидам enslaverа, которому на кой-то чёрт потребовалось сердце забившейся в угол девочки с ноутбуком. Наверное, стоит смазать эффект от щедрого сравнения с расточителем чужих чувств. Язык делается ватным, прилипая к нёбу. Свинцовая тяжесть в лёгких заставляет стены гостиной пошатываться. Значит, не стоит.<br />— <strong>Of course,</strong> — шёпотом, потому что застрявший посреди горла ком нервов заглушает всякие старания напомнить о своём наличии. Хлопок двери. На этот раз громкость жеста становится лишней. Она не собиралась устраивать повторную тираду, приоткрывающую створки души. Она вообще ничего не собиралась и, сказать по правде, была на грани, чтобы поклясться, что это последний раз, когда внутренний шторм вырвался наружу. Хотя все мы знаем, насколько недолговечны эти последние разы. Свободная рука тянется к до сих пор горящему от прикосновения запястью. — <span style="font-style: italic"><strong>Of course,</strong></span> — одними губами повторяет самой себе, не двигаясь с места ещё несколько минут.<br />Потерянно шатается. Слегка оступается, концентрируясь на шипении воды по ту сторону стены. Раз за разом девушка перематывает отскакивающие с губ парня слова, стараясь зацепиться за что-нибудь, о чём ещё стоило поговорить. Не трудно догадаться – ничего. Well. Она попросила честности, она её получила, да и что может быть откровенней побега с места происшествия? Несколькими кадрами ранее сама Грин была готова спрыгнуть с тонущего корабля в ближайшее окно, только бы не присутствовать до самых титров фильма-катастрофы. Интересно, насколько навязчива сейчас в его голове мысль, что кроме канализации бежать некуда, а за тонкой защитной перегородкой его ждёт всё та же случайная свидетельница романтического провала Беттани Миллз, с которой Акира имел несчастье заговорить? Тая нервно дёргает шеей, предпочитая оставить идеи Хонды на откуп его личной фантазии. Потому что её была определённо безгранична, когда дело касалось worst case scenarios. Хватало очевидного: всем станет легче, если заведомо бессмысленное выяснение «что же с этим делать» закончится right here, right now.<br />С другой стороны доносится подозрительное копошение, и девушка отступает в сторону, быстрым шагом ретируясь к дивану. Падение на подушку. Несколько секунд молчаливого сверления двух оставленных со вчерашнего вечера рюмок. Стараясь передвигаться как можно беззвучней, Тая отталкивается с точки, откуда всё пошло совсем не так, и захватывает две емкости с журнального столика. Короткая перебежка по направлению к кухне. Душ затихает. На миг она замирает у самой раковины, замедляя скорость своих движений в два раза. Неровный вдох. Стекло едва различимо царапает по железной поверхности. Дрожащий выдох.<br />Сердце начинает стучать как больное. Глаза останавливаются на дверной ручке, рисуя перед носом сценку возвращения Акиры. Отказ системы. Резким порывом она дергает сумку на плече, шлёпает по карману с мобильником, и практически в забытье подлетает к выходу, прислушиваясь к звукам лишь, когда рука толкает дверь навстречу лестничной клетке. Максимально беззвучная попытка не скрипеть и не звенеть замками. Различимый среди шороха щелчок бьёт по ушам, и неконтролируемая паника отступает, оставляя Грин наедине с ожидающих своего часа потоком мыслей. А она совсем не готова разбираться насколько глупо растворяться в воздухе сейчас, чтобы вновь застрять в point of no return в понедельник. В голове стучит: нам здесь не рады, и Тая не находит в себе скрытого запаса озлобленной обиды, чтобы продолжать двойной концерт игры на нервах.<br />Опять дёргает сумку, кусает себя за губу и делает шаг прочь, больше не собираясь останавливаться.</span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="font-family: Times New Roman"><span style="display: block; text-align: center">a n d&#160; &#160;n o w&#160; &#160;I ' m&#160; &#160;a l o n e&#160; &#160;I ' m&#160; &#160;l o o k i n g&#160; &#160;o u t<br />I ' m&#160; &#160;l o o k i n g&#160; &#160;i n ,&#160; w a y&#160; &#160;d o w n<br />t h e&#160; &#160;l i g h t s&#160; &#160;a r e&#160; &#160;d i m</span></span></span></p> mybb@mybb.ru (Taya Greene) Sat, 05 Dec 2015 17:16:00 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=495#p495 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=464#p464 <p>[html]&lt;!--HTML--&gt;<br />&lt;link href='https://forumstatic.ru/files/0015/2c/49/56397.css' rel='stylesheet' type='text/css'&gt;</p> <p>&lt;center&gt;&lt;div class=&quot;kai1&quot;&gt;&lt;div class=&quot;kai2&quot;&gt;&lt;div class=&quot;kai3&quot;&gt;&lt;table&gt;&lt;tr&gt;&lt;td&gt;&lt;div class=&quot;kai-n&quot;&gt;</p> <p>Кристофер Пауль Фрик, 37</p> <p>&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;kai-stuff&quot;&gt;</p> <p>Nobody's memory is perfect or complete. We jumble things up. We lose track of time. We are in one place... Then another and it all feels like one long, inescapable moment. So, what does it mean? What do we take away? Which pieces will haunt us? Hurt us? End us? Inspire us? It's just like my mother used to say, the carousel never stops turning. You can't get off.</p> <p>&lt;/div&gt; &lt;div class=&quot;kaiout&quot;&gt;&lt;/div&gt;&lt;/td&gt;&lt;/tr&gt;&lt;/table&gt;&lt;/div&gt; &lt;div class=&quot;kai-thing&quot;&gt; &lt;div class=&quot;kaitabs&quot;&gt;&lt;div class=&quot;kaitab&quot;&gt;&lt;input type=&quot;radio&quot; id=&quot;kaitab-1&quot; name=&quot;kaitab-group-1&quot; checked&gt;&lt;label for=&quot;kaitab-1&quot;&gt;главное инфо&lt;/label&gt;&lt;div class=&quot;kaicontent&quot;&gt;</p> <p>&lt;div style='border:1px solid #eee;'&gt;&lt;img src='http://savepic.ru/7377895.gif' width=&quot;390px&quot;&gt;&lt;/div&gt;<br />&lt;table border=&quot;0&quot;&gt;<br />&lt;tbody&gt;&lt;tr&gt;<br />&lt;td width=&quot;180px&quot;&gt;&lt;div id=&quot;lostthat&quot;&gt;&lt;div class=&quot;easy&quot;&gt;&lt;div class=&quot;coldwarkids&quot;&gt;#никнейм: &lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;swollenn&quot;&gt;Кристиан Кауффманн [сменил]&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;<br />&lt;/td&gt;<br />&lt;td width=&quot;180px&quot;&gt;&lt;div id=&quot;lostthat&quot;&gt;&lt;div class=&quot;easy&quot;&gt;&lt;div class=&quot;coldwarkids&quot;&gt;профессия:&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;swollenn&quot;&gt;психотерапевт, профессор&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;<br />&lt;/td&gt;&lt;/tr&gt;<br />&lt;tr&gt;<br />&lt;td width=&quot;180px&quot;&gt;&lt;div id=&quot;lostthat&quot;&gt;&lt;div class=&quot;easy&quot;&gt;&lt;div class=&quot;coldwarkids&quot;&gt;ориентация:&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;swollenn&quot;&gt;гетеро&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;<br />&lt;/td&gt;<br />&lt;td width=&quot;180px&quot;&gt;&lt;div id=&quot;lostthat&quot;&gt;&lt;div class=&quot;easy&quot;&gt;&lt;div class=&quot;coldwarkids&quot;&gt;looks like:&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;swollenn&quot;&gt;Кристиан Бэйл&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;<br />&lt;/td&gt;&lt;/tr&gt;&lt;/tbody&gt;&lt;/table&gt;</p> <p>&lt;center&gt;&lt;div style=&quot;font-family: georgia; font-size: 16px; font-style: italic;&quot;&gt;&lt;span style='color:#dda95e'&gt;с&lt;/span&gt;вязь с вами: romeo_has_a_gun (skype)&lt;/div&gt;&lt;br&gt;&lt;/center&gt;</p> <p>&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;kaitab&quot;&gt;&lt;input type=&quot;radio&quot; id=&quot;kaitab-2&quot; name=&quot;kaitab-group-1&quot;&gt;&lt;label for=&quot;kaitab-2&quot;&gt;биография&lt;/label&gt;&lt;div class=&quot;kaicontent&quot;&gt;</p> <p>Сын военного в отставке и домохозяйки, он был первым и единственным (насколько ему известно) ребёнком в своей семье. Мать мальчика посвящала всё свое время поддержанию приемлемой атмосферы в доме, но буйный нрав главы семейства усложнял задачу в разы. Он плохо помнит себя в детские годы, но некоторые сценки из прошлого отчётливо засели в голове. Перед глазами часто всплывают картинки многочасовых занятий с отцом, который взял на себя дошкольное воспитание Кристиана; постоянные негласные правила за несоблюдение которых следовали выговоры и наказания. Их было бы на порядок меньше, если бы не шило в заднице, которым его наградила природа. Любопытство толкало мальчишку на покорение деревьев в саду и осаду соседских заборов, что, разумеется, вызывало праведный гнев со стороны отца. Пожалуй, последствия всякого раза, когда Кристиан шел против известных ему установок, никогда не затеряются в страницах дневника памяти. Говорят, с возрастом приходит здравый смысл, но у Кристиана его словно отнимали с каждым днём. Если в детстве крики и поднятая рука усмиряли его в секунду, то чем взрослей становился мальчишка, тем отчаянней он старался вызвать подобную реакцию своим поведением. <br />&lt;br&gt;Впрочем, нескончаемая семейная драма никогда не влияла на школьные результаты. Он всегда держался на вершинах успеваемости, практически не уделяя времени ничему, кроме учебы. Все благодарности главе семейства, позаботившейся, чтобы каждая свободная минута была посвящена очередному кружку. Младшие классы Кристиан провёл в католической школе и, вероятно, именно по этой причине не воспылал огромной любовью к религии. Позднее, его отправили в военный лицей в надежде, что юноше станет интересно связать своё будущее с политикой, но, к сожалению, этого не произошло. Образование стало самой главной темой для ссор в доме, а когда речь зашла о рукоприкладстве и ультиматумах, Кристиан впервые задумался о побеге. Когда пришло время заканчивать старшую школу в тайне от отца он и его мать организовали переезд в Штаты. Парень поступил в университет, сменил имя и навсегда перелистнул страницу, хранящую эти воспоминания. Женщина не поехала с ним, передав всё имеющееся наследство сыну и дав напутствие никогда не возвращаться в родной дом. <br />&lt;br&gt;В Корнелльском университете Кристиан оказался в медицинской школе, позднее выбрав направление психиатрии. Во время обучения ему посчастливилось познакомиться с девушкой, которая в последствии стала его близкой подругой на протяжении всей жизни. Марина стала не только ментором стиля и коммуникации с людским родом, но и неустанной свахой, подсовывающей юноше вариант за вариантом. В конечном итоге, стратегия возымела успех и парень начал встречаться с одной из однокурсниц девушки.<br />&lt;br&gt;На одном из последних курсов Кристиан попал в аварию. Поздней ночью он возвращался домой со своей обещанной невестой после свадьбы общих друзей, когда в них влетел грузовик. Девушка скончалась на месте, когда как Кристиан отделался парочкой шрамов и переломанными рёбрами. Событие послужило расколу в отношениях между ним и его лучшей подругой. Он стал разваливаться на части, а она лишь добавляла, бесконечно обвиняя мужчину в случившемся. Через полгода он решил покинуть Итаку, сменив место работы и прервав все контакты с прошлым в очередной раз.<br />&lt;br&gt;Ему никогда не нравилось работать непосредственно в госпитале, пичкая таблетками Наполеонов и экстрасенсов, потерявших контакт с реальностью. Поэтому со временем Кристиан устроился в компанию, занимающейся частной практикой и открыл собственный кабинет. Впрочем, этого оказалось недостаточно. Привыкший работать в большом коллективе, он занялся поиском подходящей должности и наткнулся на объявление о поиске университетского психолога в Чикаго. После года проведённого на новой работе он записался в педагогический колледж, чтобы иметь возможность не только покрываться пылью в ожидании беспокойных студентов, но и видеть сонные лица остальных на своих уроках. Просьба взять его на вторую должность была воспринята положительно, и последние два года Кристиан числится в списке профессоров. <br />&lt;br&gt;Казалось бы, ничто не угрожало его спокойному существованию в качестве трудоголика до тех пор, пока ему не посчастливилось встретиться с рыжеволосой девочкой «склонной к суициду» на пороге своего кабинета. Кристиан всегда поддерживал дружеские отношения со своими студентами и пациентами, но в случае с Роной приятельство в какой-то момент скатилось по наклонной в совершенно неожиданном направлении, начав угрожать её репутации и его карьере. Но кого бы это беспокоило. </p> <p>&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;kaitab&quot;&gt;&lt;input type=&quot;radio&quot; id=&quot;kaitab-3&quot; name=&quot;kaitab-group-1&quot;&gt;&lt;label for=&quot;kaitab-3&quot;&gt;характер&lt;/label&gt;&lt;div class=&quot;kaicontent&quot;&gt;</p> <p>Если вам довелось встретиться с мужчиной в первый раз, вероятно, он запомнился вам как набор роботических действий, учтивой речи и сдержанной приветливой улыбки, коей одаривает всех и каждого, посмевшего приблизиться на расстояние вытянутой руки. Говорят, с возрастом люди меняются, но Кристиан Кауффманн стоически пронёс единственное первое впечатление, производимое на окружающих, сквозь года. Приятной наружности, но ледяной ауры человек. Порой складывается стойкое ощущение, словно пока вы с ним говорите &#8210; он лишь следует зову социального долга, параллельно расчерчивая непроходимую глухую стену между вами. И, разумеется, как и все первые впечатления, это не отличается своей правдивостью. В большей степени. <br />&lt;br&gt;Кристиан &#8210; человек привычки, которому требуется время, чтобы смириться с вашим присутствием в его жизни. Он предпочитает держать дистанцию до тех пор, пока не убедится, что может доверять вам. И речь идёт не о тайнах Пентагона и заговорах Иллюминатов. Он всегда ищет уверенности и стабильности, едва различимого намёка, что если он подпустит вас ближе, то вы не устроите из его души поле для собственных развлечений. Достаточно понаблюдать за ним несколько дней, и могу заверить, обладающим минимумом внимательности, станут заметны перемены в его поведении. Впрочем, подпрыгиваний на козий лад ждать всё же не стоит. Спектр эмоциональности Кристиана &#8210; явно не одно из его достоинств, достойное похвалы. Со временем люди просто привыкают различать радость там, где, казалось бы, показалась чуть заметная тёплая улыбка.<br />&lt;br&gt;Мнение о коллегах, учениках и любых индивидах, с которыми пересекается лишь в рабочее время, оставляет при себе. Однако с теми, с кем ему удаётся найти общий язык позволяет больше, чем профессиональную любезность. Сказать по правде, к своим ученикам и пациентам Кристиан относится трепетно, искренне беспокоясь за тех, кому интересны его уроки и нужна помощь. Бытует мнение, что Кауффманн &#8210; ночной комшар студентов. Поначалу кажется, что он ваш друг. Интересный, понимающий, с чувством юмора. Но только вы проникаетесь к нему симпатией, как непредвиденные проверки, отсутствие отсрочек на сдачу докладов, попытки вырыть из могилы пропускающих сваливаются на неподготовленную голову. И это лишь начало списка развлечений, которые мужчина обрёл вместе с преподавательской деятельностью. Увы, вопреки ожиданиям, делает он это не из садиского удовольствия наблюдать за страданиями людей, а скорее от беспокойства за их будущее, но кто бы стал копать глубже ярлыка «сурового профессора». <br />&lt;br&gt;Перфекционист до мозга костей. Тот жуткий тип, рабочий стол которого напоминает больничный кабинет. Опрятный. Человек &#8210; у-меня-нет-бардака-даже-после-пьянки. Встанет драить квартиру, если почувствует, что где-то пыль роет себе лежбище. Будет с невозмутимым видом собирать пылинки с пиджака весь день, даже если белки окружающих впадут обратно в голову от усердного закатывания глаз. Стоит отметить, что при всём желании выверить свой образ до миллиметров, никогда не ставит своё нездоровое помешательство превыше времени. Если придётся делать выбор между мятым пиджаком и опозданием, Кристиан наденет свитер. Несмотря на довольно квадратное мышление в плане собственного образа, работает в творческой обстановке. Никогда не сидит на стуле. Пол. Стол. Банкетка пациента. Да хоть на ушах, лишь бы не с видом сгнившего офисного работника. Во время лекций никогда не садится. Пишет на доске только вручную, чтобы иметь представление о том, могут ли студенты поспевать делать конспекты. <br />&lt;br&gt;Крайне устойчив к любым стрессовым ситуациям, благодаря богатому детскому опыту подавления взрывоопасного характера отца. Всегда держит себя в руках, полагая, что оружия лучше вежливости пока не придумали. Довольно болтлив. Готов поддерживать беседу на любую тему. Да и чтобы заинтересовать Кауффманна не требуется большого труда. Хватит экспрессии полной безграничной любви к тому или иному сюжету. Что же до вмешательства в чужое пространство, Кристиану не нужно бесконечно трогать своего собеседника, чтобы почувствовать с ним контакт. Он предпочитает сохранять дистанцию, хотя сам готов стерпеть приступы кинестетиков. Говорит прямо, не украшая слова витиеватыми эпитетами. На поставленный вопрос ответит правдой, разумеется, если это не будет противоречить здравому смыслу. Но при всей открытости в своих мыслях мужчина практически ни с кем не делится своим прошлым и всячески избегает разговоров о нём. Не ведётся на манипуляции до тех пор, пока в бой не вступает детские попытки взять его на слабо. <br />&lt;br&gt;<br />&lt;br&gt;<br />&lt;u&gt;Страхи:&lt;/u&gt; некомфортно себя чувствует на высоте и на любого рода аттракционах; не любит ездить с пассажирами в машине, будучи водителем. <br />&lt;br&gt;&lt;u&gt;Навыки:&lt;/u&gt; хорошо стреляет, умеет ездить верхом и играет на пианино и гитаре. В школьные годы занимался бальными танцами, а в университетские годы даже участвовал в нескольких конкурсах. <br />&lt;br&gt;&lt;u&gt;Хобби:&lt;/u&gt; пишет небольшие рассказы в жанре хоррор. Любит копаться в моторах и постоянно что-то строить. Была бы его воля, устроил бы бесконечную стройку в своей квартире, но соседи не оценят. </p> <p>&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt; &lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;<br />&lt;/center&gt;[/html]</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');" style="text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">в</span>аш пост: </span></span></span></div><blockquote><p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 15px"><span style="font-family: Book Antiqua">You see her when you close your eyes,<br />Maybe one day you'll understand why<br />Everything you touch surely dies.</span></span></span></span><br /><span style="display: block; text-align: justify">Нещадно смотреть, как твоё тело постепенно превращается в немую безжизненную статую, неспособную выделить ни одной эмоции из смешавшихся в однобокое безразличие ко всему миру. Чувствовать, как остатки чего-то не до конца омертвевшего выходят наружу редкими проблесками пробуждений от бесконечной череды однообразных событий. Постепенно эти моменты пребывания в сознании становятся всё реже. Удивительно, как положительный прогресс может быть скрашен одним единственным днём, решением, неосторожностью. Пустой, треснутый сосуд. Сколько не лей, сколько не пытайся залатать дыры, он словно на зло находит способы вновь оказаться наедине с собственной тишиной. Систематически, он с больным интересом находил ухудшения, выискивал новые царапины на тонком стекле затасканной душонки, свыкаясь с мыслью, что когда-нибудь просто не останется нетронутых участков, чтобы появиться следующим. И как бы он ни изображал из себя кремень, who can handle it, день за днём крошечная мысль о том, что когда-нибудь он просто-напросто не сможет ничего почувствовать, разрасталась до размеров актуального ночного кошмара. Бояться нечего, Кристиан. Настало время маленьких чудес, которые, к сожалению, ты вряд ли будешь в состоянии оценить по достоинству. <br />Его будто выпотрошили, а затем лёгким движением руки наполнили до краёв, вовзращая на стартовую точку отсчёта. Полагал, что недолго осталось до того, как про грудной клетке пройдётся последний спазм? Получай же. Каждый импульс, который когда-либо касался сознания. Каждый укол в подреберье. Каждое перехваченное дыхание. Без предупреждения, ледяным потоком всё возвращается на свои места, перенося в прошлое. За несколько секунд до тех пор, пока всё не развалилось к чертям собачьим. Но, знаете, что самое страшное? То, чего не мог предвидеть ни пытливый ум, ни пессимистично настроенный скептик, уверенно отметивший, что нет злосчастного worst scenario, к которому бы сердце не было готово? Никто не дарил билета на двоих. Никто не обещал, что конечный пункт назначения будет носить одно и то же название. Их пустили по разным путям, и сейчас, когда на каждое своё слово, Кристиан встречал неизменно мёртвое выражение лица, становилось всё сложнее разглядеть очертания соседнего состава, неспешно пропадающего из поля зрения. Осечка вышла с откровениями, huh? <br />Взор улавливает движение. Не дергается ни на миллиметр, насильно прибивая разом потяжелевшие стопы к прохладной поверхности пола. Не имеет права. Как бы ни хотелось, как бы ни болело внутри. Она оступается, и вся выстроенная схема непосягательства на личное пространство рассыпается, как карточный домик. Привычная реакция поймать. Зря. <span style="font-style: italic">«Господи, пожалуйста.»</span> Сжаться в тугой ком, не позволяя ударяющим кровью по вискам чувствам выливаться наружу. Сжать кулаки до белых отметин на косточках. Сцепить челюсть, запрещая издать звук, произнести слово. И слушать, слушать, слушать. Не оборачиваться, но словно осторожно ступать следом за любым шорохом, всякой интонацией, доносящейся едва уловимыми нотками, разрастающимися полноценным оглушительным эхо, благодаря стараниям подсознания. К щекам подступает непривычный жар. <span style="font-style: italic">«Всхлип?»</span> За которым следует неоспоримое подтверждение. <span style="font-style: italic">«Just let her go.»</span> Разрастается едкий шёпот внутреннего голоса, отравляя организм. <span style="font-style: italic">«You can't change a god damn fucking thing.»</span> Словно чужой смех раздаётся раскатами грома по ушам. За несколько секунд до того, как входная дверь хлопнет, он обещает себе не поворачиваться. Он обещает хотя бы раз в жизни попробовать поступить иначе. Перестать хвататься за иллюзорные возможности, потакать проклятому навязчивому желанию всё исправить. Что лечить, если ничего не осталось? Кому прописывать лекарства, если когда-то полное сил сердце напоминает скорее неудачную породию на дом, в котором некому больше жить? И на треклятое мгновение Кристиан допускает мысль, что сможет справиться с единственно верным решением. Половица чуть поскрипывает. Шея машинально поворачивается в сторону постороннего звука, улавливая лишь рыжую вспышку в дверном проёме выхода, растворяющуюся за хлопнувшим барьером. В конечном итоге, он всегда проигрывал своим высоким идеалам и громким обещаниям. Не вышло. Самое время оправдаться приевшейся фразой: we're only human. <br />Он ещё успеет проклясть себя за каждый последующий шаг, который будет делать в сторону удаляющейся фигуры. Порывисто дышит в такт её нервозному полубегу по гравию, не находя в себе мужества остановиться и прекратить бессмысленную погоню за тем, что могло быть исправлено только в чертогах его разума. Не помнит слов Лиз. Не помнит сказал ли хоть что-нибудь, прежде чем выскочить следом за Роной, пребывая в подобии нетрезвого забытья. Что ты собираешься говорить ей, Кристиан? Ты ведь даже не смог повторить тех «исключительно действенных» фраз, которые вынашивал месяцами, но отчего-то отчаянно рвёшься за ней, начиная наступать девушке на пятки. Почему? Почему, чёрт тебя дери, в тебе не меркнет эта болезненная вера переиначить действительность. От лечения душевнобольных, кажется, он переходит к глобальной реанимации неприглядной реальности. Жаль, никто не предупреждал, что составляющие начнут яростно сопротивляться. <br />— <strong>You never expected too much,</strong> — без прелюдий, вроде «остановись», «выслушай». Время аудиенции кончилось тогда, когда накопленные причины вывалились сплошным неразборчивым текстом, написанным трясущейся рукой. Теперь он просто жалкое подобие моралиста, готового стать палачом в гонении за едва уловимым «могло бы закончиться иначе». — <strong>Rona, how could I ever want to hurt you? How could I ever do it on purpose?</strong> — пытаясь перекричать шум от подминаемых подошвой камешков. — <strong>Мне поставили ультиматум и это было единственным способом избежать твоего исключения. Я пытался, господи, неужели ты не веришь, что я не пытался предупредить тебя? Найти тебя? Всё это время, я думал, что никогда больше тебя не увижу. И это было невыносимо понимать, что я больше никогда тебя не увижу. Никогда не найду.</strong> — он начинает задыхаться, сбиваясь с размеренного ритма выливающихся слов. Комично со стороны. Он как умалишённый, помешавшийся не даёт проходу несчастной жертве обстоятельств. Не стоило говорить с темноволосой приветливой девочкой. Не стоило соглашаться на дружеские ужины. Не стоило, если ты хотела остаться наедине со своими гноящимися ранами. Неровный вдох. Рваный выдох. Практически догоняет, но не разрешает себе протянуть руку в попытке остановить. Хотя бы с этим-то он сможет справиться? — <strong>Неужели в лживость всего, что было, тебе поверить гораздо проще?</strong> — и, кажется, он перестаёт следить за последовательностью мыслей, выливая их одну за другой в хаотичном порядке. Наверное, это был риторический вопрос. Конечно, проще, иначе, зачем ей ещё бежать тебя, как от поражённого чумой? — <strong>I can't lose you twice.</strong> — связки наконец-то познают долгожданный срыв, добавляя излишней хрипотцы интонациям. <br />Стоп кран всегда срабатывает неожиданно, вклиниваясь визгом здравого смысла, который заставляет замереть. <span style="font-style: italic">«But you did, right?»</span> Щемит, пронимая нутро нарастающим колотуном. Едва способный сконцентрироваться на чём-то взгляд в спину? В лицо? Пустоту? Тяжело разобрать, когда начинаешь постепенно тонуть в наваливающимся на плечи осознании. Он уже не уверен, что всё это время кричал, обращаясь к ней, а не рыком отчаяния в воздух, проклиная небеса. Не уверен в адекватности происходящего, и меньше всего готов поверить, что это не затянувшийся розыгрыш. Сколько раз он молил наконец-то разбудить его от затяжного плохого сновидения? Раскрыть глаза, оказавшись в том параграфе жизни, который оставался единственным that made sense? Но чем сильнее ощущается груз окружающей действительности, тем отчётливей прорисовывается невозможность магического разрешения проблемы билетов в разные концы. Может быть, поэтому, поддаваясь лёгкому ознобу, разливающемуся по поверхности кожи, у него хватает сил только на тихое: <strong>I'm sorry.</strong> Без надежды стать услышанным. И это внезапно становится единственной логичной фразой, после неудачного решения Генри Нормана отправить девочку к нахваленному специалисту. Ведь, в конечном итоге, это всё он. Вечно борющийся с ветреными мельницами Кристиан. Sad kid, broken soul, который нашёл свет в неуклюжей студентке, и так отчаянно цеплялся за него до самого финала. Не думая о последствиях, не страшась возможных исходов, и уверенно обещая ей, что ничего подобного никогда не произойдёт. Где твои несгибаемые обещания?<br />Еле ощутимым прикосновением касается мокрого пятна под глазами. Серьёзно? А он думал, что выжал из себя всё возможное тогда, когда провожал тамбур на кладбище. Выдыхает через подрагивающие губы, успокаивая бешеный стук моторчика о клетку из рёбер. Бездарный театр одного актёра, который Кристиан наконец-то прерывает. Достаточно издевательств и рисунков радужного будущего, которое он не способен подарить, просто потому что he is a failure. Always was, always will be. Единственное остаточное — бессилие перед необходимостью перестать вглядываться в хрупкий силуэт, который, велика вероятность, станет последним воспоминанием о Роне Стиллер. Жаль, что ему нечего предложить мирозданию, чтобы получить обратный билет. Кучка пепла. Не очень богато, да?</span><br /><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-family: Book Antiqua"><span style="font-size: 15px"><span style="font-style: italic">And you let her go (oh, oh, ooh, oh no)<br />And you let her go (oh, oh, ooh, oh no)<br />Will you let her go?</span></span></span></span></p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Taya Greene) Mon, 26 Oct 2015 01:43:39 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=464#p464 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=463#p463 <div class="code-box"><strong class="legend">Код:</strong><div class="blockcode"><div class="scrollbox" style="height: 35em"><pre>&lt;!--HTML--&gt; &lt;link href='http://forumstatic.ru/files/0015/2c/49/56397.css' rel='stylesheet' type='text/css'&gt; &lt;center&gt;&lt;div class=&quot;kai1&quot;&gt;&lt;div class=&quot;kai2&quot;&gt;&lt;div class=&quot;kai3&quot;&gt;&lt;table&gt;&lt;tr&gt;&lt;td&gt;&lt;div class=&quot;kai-n&quot;&gt; Рона Стиллер, 22 &lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;kai-stuff&quot;&gt; Cause they don't even know you, all they see is scars &lt;/div&gt; &lt;div class=&quot;kaiout&quot;&gt;&lt;/div&gt;&lt;/td&gt;&lt;/tr&gt;&lt;/table&gt;&lt;/div&gt; &lt;div class=&quot;kai-thing&quot;&gt; &lt;div class=&quot;kaitabs&quot;&gt;&lt;div class=&quot;kaitab&quot;&gt;&lt;input type=&quot;radio&quot; id=&quot;kaitab-1&quot; name=&quot;kaitab-group-1&quot; checked&gt;&lt;label for=&quot;kaitab-1&quot;&gt;главное инфо&lt;/label&gt;&lt;div class=&quot;kaicontent&quot;&gt; &lt;div style='border:1px solid #eee;'&gt;&lt;img src='http://savepic.ru/7367599.png' width=&quot;390px&quot;&gt;&lt;/div&gt; &lt;table border=&quot;0&quot;&gt; &lt;tbody&gt;&lt;tr&gt; &lt;td width=&quot;180px&quot;&gt;&lt;div id=&quot;lostthat&quot;&gt;&lt;div class=&quot;easy&quot;&gt;&lt;div class=&quot;coldwarkids&quot;&gt;#никнейм: &lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;swollenn&quot;&gt;Ру&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt; &lt;/td&gt; &lt;td width=&quot;180px&quot;&gt;&lt;div id=&quot;lostthat&quot;&gt;&lt;div class=&quot;easy&quot;&gt;&lt;div class=&quot;coldwarkids&quot;&gt;профессия:&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;swollenn&quot;&gt;студентка 4 курса&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt; &lt;/td&gt;&lt;/tr&gt; &lt;tr&gt; &lt;td width=&quot;180px&quot;&gt;&lt;div id=&quot;lostthat&quot;&gt;&lt;div class=&quot;easy&quot;&gt;&lt;div class=&quot;coldwarkids&quot;&gt;ориентация:&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;swollenn&quot;&gt;гетеро&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt; &lt;/td&gt; &lt;td width=&quot;180px&quot;&gt;&lt;div id=&quot;lostthat&quot;&gt;&lt;div class=&quot;easy&quot;&gt;&lt;div class=&quot;coldwarkids&quot;&gt;looks like:&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;swollenn&quot;&gt;Hayley Williams&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt; &lt;/td&gt;&lt;/tr&gt;&lt;/tbody&gt;&lt;/table&gt; &lt;center&gt;&lt;div style=&quot;font-family: georgia; font-size: 16px; font-style: italic;&quot;&gt;&lt;span style='color:#dda95e'&gt;с&lt;/span&gt;вязь с вами: 4597252&lt;/div&gt;&lt;br&gt;&lt;/center&gt; &lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;kaitab&quot;&gt;&lt;input type=&quot;radio&quot; id=&quot;kaitab-2&quot; name=&quot;kaitab-group-1&quot;&gt;&lt;label for=&quot;kaitab-2&quot;&gt;биография&lt;/label&gt;&lt;div class=&quot;kaicontent&quot;&gt; Если бы можно было предугадать судьбу своего ребенка, то мать Роны начала бы принимать срочные меры по перевоспитанию на второй день от рождения маленького теплого комочка со странным именем, которое, кстати, выбирал отец. Отец Роны вообще был человеком с нестандартным мышлением, за что мать без конца гнобила его, пользуясь мягкотелостью и не способностью ответить тем же. К сожалению, он был настолько подвержен влиянию жены, что истории о тайном взаимопонимании отца и дочери в условиях жесткого матриархата не случилось. Сколько себя помнит, Рона ощущала внутри глубокое одиночество, но она никогда не поддавалась унынию, изо всех сил стараясь раскрасить свою реальность во все цвета радуги. В прямом смысле. Роне было 13, когда она впервые попала в компанию неформалов. Веселые ребята, одевающие розовые галстуки, повязывающие банданы на рот, с утра до ночи пели под гитару, раздражая соседей во дворах. Примерно в это время выяснилось, что Стиллер обладает прекрасными голосовыми данными, за что во многом стоило поблагодарить вселенную, ведь в будущем этот талант предопределит ход жизни девушки. Школьные годы можно описать как вечная езда на водородной бомбе. От попыток матери перевоспитать несносного, чересчур живого ребенка, случались срыва даже у флегматичного отца семейства. Мать без конца устраивала сцены, и, надо сказать, делала это весьма оригинальными способами. В доме Стиллер никто никогда не повышал голоса. Ледяной тон миссис Стиллер старшей мог бы вызвать глобальное похолодание на этой планете. Рону не лишали девайсов, не запирали в стенах затхлой комнаты, но чувство свободы никогда не казалось доступным ярковолосому подростку, обвиненному во всех мирских грехах. Рона ненавидела эти ужасные дни, когда все в доме хранили сакральное натянутое молчание, а цокот приборов за очередным безмолвным ужином убивал всякую надежду на необходимую теплоту. На школьных вечеринках и тусовках у друзей Рона находила свое забвение, заменяя нехватку любви попытками добиться популярности в компании. Такой попыткой был Алек – смазливый неформал, играющий сразу на нескольких инструментах, он вызывал у ровесниц Роны тихий восторг и обожание. Когда Алек предложил Роне встречаться, она испытала такое чувство собственной значимости, что до сих пор не понимает, как не шагнула с крыши за Алеком вслед, когда он решил свести счеты с жизнью. Роне почти исполнилось 18. Они забрались на крышу высотки, как делали это всегда, но в тот вечер сильно повздорили из-за общего приятеля. Всю прошлую неделю Алек ссорился с родителями, а новость о том, что беспечная Ру умудрилась переспать с его лучшим другом (пусть и имея на то свои причины), добила нестабильную психику молодого человека. Роне никогда не забыть его лица за секунду до того, как Алек шагнул с крыши. Как и лица матери Алека, которая и довела своего сына до эмоционального срыва, но умудрилась обвинить Рону в том, что она столкнула парня вниз собственноручно. Белые стены психиатрической лечебницы стали новым домом Стиллер на ближайший год с выходами, входами, ремиссиями от панических атак и по кругу. Из-за этого пришлось взять академ в университете, но после курса терапии Рона не захотела возвращаться в группу. Мать решила, что ей необходим контроль, но так как сама никогда не была способной организовать должного надсмотра, то пристроила дочку на попечение дяди, который в отличии от отца Ру представлялся ей куда большим авторитетом. Так Рона оказалась в Чикаго. Новый город, новый люди, попытка устроить себя в новой жизни. Панические атаки прекратились, но ошибка неквалифицированного преподавателя, заставившего Ру закрывать окно, вызвала повторный приступ на глазах у студентов буквально на третий день обучения. Поэтому девушку тут же направили под строгий присмотр, настойчиво и со всех сторон заворачивая в кокон из буферов, должных предотвратить страшное, но Ру лишь стала задыхаться, не иначе. И даже мимолетная симпатия со старшекурсником подействовала на девушку как очередной раздражитель. Громкий случай, после которого Стиллер оказалась на грани исключения, привел к тому, что ей дали последний шанс. Кристиан Кауффманн взял на себя ответственность за “второй шанс”, а заодно стал проводить с Роной дополнительные занятия, призванные помочь студентке справиться с трудностями к адаптации в социуме. Никто и подумать не мог, что между нездоровой, эмоционально нестабильной третьекурсницей с ярко-рыжими волосам и статным немцем может возникнуть нечто, что грозило перейти все рамки дозволенного одним неосторожным поступком. Но что такого в том, чтобы пригласить свою подопечную в увлекательное путешествие во Флориду на время зимних каникул? Говорят, свежий морской воздух способствует исцелению. Не представляете, насколько. &lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;div class=&quot;kaitab&quot;&gt;&lt;input type=&quot;radio&quot; id=&quot;kaitab-3&quot; name=&quot;kaitab-group-1&quot;&gt;&lt;label for=&quot;kaitab-3&quot;&gt;характер&lt;/label&gt;&lt;div class=&quot;kaicontent&quot;&gt; Представьте, что будет, если все краски на палитре смешать в одно пятно. Серо-буро непонятный оттенок, под которым скрывается вся гамма цвета – вот, что представляет из себя Рона Стиллер. Скрытая за семью замками открытая эмоциональная девочка с огромным сердцем и искалеченными внутренностями. Иногда ей кажется, что от живого человека в ней осталось только пепелище, но вот жизнь делает новый виток, и Рона фениксом возрождается на углях, озаряя светом всё вокруг. Нужно лишь подобрать ключ. Угадать правильную комбинацию слов, при которой она не станет сжиматься в нервный комок волнение, а почувствует тепло. Ей хочется доверять всем и каждому, но мир упорно тыкает носом в свое же дерьмо, напоминая, что в жестокой реальности нет места наивному ребенку, живущему внутри Ру. С самого детства мать тыкала её своим ледяным цинизмом, заставляя верить в то, что она всё и всегда делает не правильно. Пусто место. Растерянная, слабенькая дурочка, не способная прыгнуть выше. От апатии до подъема сил всего один шаг, но под ногами видна огромная пропасть, в которую легко упасть, оступившись. В Роне скрыт огромный потенциал внутренней силы, воспользоваться которым ей страшно. Всегда нужен кто-то, кто поможет и будет держать за руку в самый опасный момент, и Рона как магнит притягивает готовых придти на помощь, но от чего-то с ними всегда что-нибудь случается. Иногда Роне кажется, будто бы её прокляли, и она причиняет близким только боль и разочарование. Вся её жизнь тянулась на тонкой нитке вечных сомнений, но снова и снова с упорством бетономешалки Рона начинает свой путь к перерождению. Она хочет измениться, поверить в себя, стать достаточно сильной, чтобы не падать на колени каждый раз, когда ветер перемен сдувает с ног неокрепшее тельце. Безумно любит музыку. Играет на гитаре и фортепиано, постоянно сочиняет песни, которые никому не показывает и лелеет в будущем воплотить свою мечту о музыкальной группе. Знает, что легко сходится с людьми, но из-за продолжительной душевной болезни этот навык приходится развивать с нуля. У Роны теперь есть некоторые проблемы с контролем эмоций и восприятием мира в целом, но она не готова сдаться, опустив руки по швам, ровно так же, как не готова потакать многочисленным смотрителям, приставленным матерью к её персоне. Завтра всегда непредсказуемо и чаще всего Ру старается жить одним днем, потому что ужасно боится, что в её жизни может случиться что-то еще более страшное, что ей уже довелось пережить. Она-то знает, что реальности, как и человеческой глупости не бывает предела. Вот бы научиться держать себя в руках. &lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt; &lt;/div&gt;&lt;/div&gt;&lt;/div&gt; &lt;/center&gt;</pre></div></div></div><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');" style="text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">в</span>аш пост: </span></span></span></div><blockquote><p><span style="display: block; text-align: justify">Она разучилась выживать. Давным-давно, кажется, целую вечность назад, когда могла проявить себя агрессивно в адрес того, кто причиняет боль или хочет убрать почву из-под худеньких ног. Частое-частое дыхание, больные большие глаза с пустым взглядом, приступы удушья – единственная реакция организма на стресс. Даже не защитная. <br />Рона шла по длинному пустому коридору главного учебного корпуса и думала о пустоте. Мысли роились в голове, но ничего конкретного. Ни гитара, которую она украла, пробравшись в каморку университетской музыкальной группы, ни испуганное лицо Энди, державшего её за руки, и умоляющего дышать. Ничего. Пустота. Трясущиеся ладошки хотелось спрятать в рукава потрепанной толстовки бурого цвета и просто не позориться перед незнакомым человеком. Рона всегда натягивала на голову капюшон, когда нервничала, как будто бы он мог спрятать её от внешнего мира или, хотя бы, чуточку облегчить последствия ежедневного пиздеца, что преследовал её, кажется, с рождения.<br />Впереди ровной, уверенной походкой шел Генри – он взялся проводить Стиллер до кабинета мистера Кауфмана – университетского психолога. Пожалуй, в любом социально-насыщенном месте имелся такой умный, и супер-спокойный дяденька, к которому отправляли в экстренных случаях или для профилактики. Большинство из нас даже не помнят, были ли они хотя бы раз на приеме у психолога в старшей школе или колледже, не считая плановых проверок с кругами и квадратами на табличках, когда требовалось сделать вид, что систем работает. <br /><em class="bbuline"><strong>- Мы пришли, Рона. –</strong></em> Генри останавливается у большой деревянной двери и кладет ладонь на ручку, но не спешит открывать. Он будто знает, что Роне нужно немного времени, чтобы переварить момент. <strong><em class="bbuline">– Ты в порядке? –</em></strong> В ответ он получает короткий кивок. Стиллер не смотрит ему даже в глаза и, держу пари, на лице Генри тревога. Но, полно, в конце концов, мистер Кауфман находится здесь, чтобы приводить в чувства таких неадекватных девочек, не так ли?<br />Рона останавливается чуть поодаль, медлит, чтобы посмотреть в угол стены, буквально несколько секунд, перед тем как подойти ближе к декану. В голове резко всплывает картинка. Туалет для преподавателей, разбитая чашка, его вопрос. Что бы она делала, будь она на его месте? <br />Стиллер протягивает руку к двери и жестом предлагает Генри убрать свою в сторону. Она сама откроет. Короткий, успокаивающий взгляд на преподавателя – <strong>Вы сделали всё правильно.</strong> – Она дергает ручку, чтобы не оставлять секунд для лишних эмоций и переступает порог, тут же прикрывая двери. Если Генри хотел представить их друг другу, то она лишила его этого шанса. Не надо с ней нянчиться. Честное слово, того что удалось отмазать Энди от кары сверху за её спасение, было вполне достаточно. Более чем. Это единственное, чего хотела Рона – не подставлять человека, который подставил себя за её жизнь и спокойствие.<br />Пульсация в висках. Усиление дрожи. Глаза находят силуэт Кауфмана – несколько раз Ру видела этого человека в стенах университета, потому что такие как она, больные душевно девочки, потенциально считают таких как мистер Кауфман врагами. И вот, час встретиться неминуемо настал.<br />Вы помните, как вы ходили на прием к психологу в старшей школе или колледже? Что-то кроме фразы “что вы видите на этом рисунке”? Нет? Вы счастливый человек. Роне Стиллер с этим делом не повезло. И этот кабинет, глаза Генри, тихий, ровный голос человека, который привык работать с нездоровым духом, они е въедаются в её кожу как кислота. Однажды не оставят живого. – <strong>Здравствуйте,</strong> - Девочка с ярко-рыжей головой, в джинсах и толстовке с капюшоном – живое олицетворения нарушенного восприятия мира. Счастливые люди не уродуют лицо и тело, им и так хорошо. Но, мистер Кауфман, должно быть, и так знает это, без психологических штучек, у него должно было быть личное дело на студентку. Что же, ей остается только поздороваться. И головой на плаху. Не в первый раз. Мнется ногами в ярких кедах, прячет глаза. – <strong>Я Рона Стиллер,</strong> - Ходячий комок комплексов, приятно познакомиться. – <strong>Больная на голову девочка, склонная к суициду ну, вас, должно быть, уже предупредили.</strong></span></p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Taya Greene) Mon, 26 Oct 2015 01:42:49 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=463#p463 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=462#p462 <table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td colspan="2" style="background-color:#dda95e"></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://funkyimg.com/i/21S9D.gif" alt="http://funkyimg.com/i/21S9D.gif" /></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 20px"><span style="font-family: Impact">Тая Мишель Грин, 04.02.1992, 23 года</span></span></span></span></p></td></tr><tr><td style="background-color:#dda95e"></td><td style="background-color:#dda95e"></td></tr><tr><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">#</span>никнейм: </span></span></span><br />Тэя [потому что правильное произношение – слишком сложно]</span></p></td><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">п</span>рофессия:</span></span></span><br />фотограф в театре Чикаго, фрилансер, выступает в барах</span></p></td></tr><tr><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">о</span>риентация:</span></span></span><br />гетеро</span></p></td><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">l</span>ooks like:</span></span></span><br />Aubrey Plaza</span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">с</span>вязь с вами: thnkx_fr_th_mmrs</span></span></span> </span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#dda95e"></td></tr><tr><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">м</span>есто рождения:</span></span></span> Чикаго, США</span></p></td><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">с</span>емейные узы:</span></span></span> София Моррис-Грин [мать, 42 года]; Карли Моррис [сестра, 12 лет]; Трой Моррис [брат, 10 лет]; младший брат на подходе</span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7f1e0"><p>Соскальзывая с кровати, Тая подхватывает широкое пуховое одеяло. Пыхтя и спотыкаясь она тащит шуршащий ком за собой, останавливаясь в дверном проёме ведущем на кухню. «Не спится?» — девочка коротко трясёт головой, шлёпая босыми ногами по холодной плитке. Сонными глазами она заглядывает через плечо матери, заворожённо разглядывая чёрные взрослые буквы. Ей спокойней, когда она рядом. Ей кажется, словно вокруг них вырастает высокая стена, способная удержать любой напор от пугающего мира. Она не понимает, что перед ней сидит такой же испуганный ребёнок, обводящий маркером адрес очередной подработки.<br />С каждым новым годом необъятный замок уменьшается до маленького пригородного домика, а количество вопросов увеличивается в геометрической прогрессии. Вопреки опасениям матери, рассказ о сбежавшей любви молодости, отказавшейся от них чокнутой семейки чопорных роботов и отсутствие Нобелевской Премии у единственной родительницы не разбивает детское сердце. Сеет зерно недоверия ко всей Вселенной, но не убавляет прыти у суматошной покорительницы соседских деревьев. Громкая. Взбалмошная. Если в младших классах случается землетрясение, в эпицентре всегда находится Тая Грин. Она хватает импровизированный жезл предводителя и что есть мочи вопит воодушевляющие речи на спуск в коробке по лестнице. А если добровольцев не находится, как истинный вождь краснокожих, она берет инициативу в свои руки, заканчивая с фингалом под глазом и сломанной конечностью. И сколько бы раз лестница не оставляла синяков, голова не соглашается усваивать простую истину: одни и те же грабли бьют одинаково.<br />Никто не подозревает, что в средней школе девочку поджидает первый круг ада. Подойдя к черте переходного возраста, она обзаводится всеми отличительными чертами подростка-неудачника. Брекеты. Прыщи. Очки. К-к-комбо. И если нововведения внешнего вида ничуть не мешают Грин стремиться к всеобщему признанию, большинство одноклассников не проникаются звездой из рекламы Клерасила. В конечном итоге, она оказывается в окружении себе подобных, недоумевающе смотря в спины тех, с кем все мечтают общаться. К счастью, пары недель мокрых подушек и вопросов в небеса хватает, чтобы пожать плечами и смириться со своим новым социальным клеймом. Изгой, так изгой. В её небольшой семье и без того происходит слишком много изменений, чтобы зацикливаться на неудачной карьере школьной дивы. Свадьба матери и подрастающее прибавление в виде сестры отнимают большую часть мыслей, а появление мужчины в доме позволяет Тае платить за вечерние уроки музыки, не сталкиваясь с насмешками в школьных кружках. Единственным фальшивым аккордом становится первая влюблённость. И вместо того, чтобы вздыхать по очкастому Томми из компьютерного клуба, Грин не находит кандидатуры лучше главного красавца на деревне. Чем она хуже остальных претенденток на руку и сердце? Проживание на одной улице и вовсе представляется неоспоримым преимуществом у любой короткой юбки не по возрасту. Но тщательно аргументированное признание в самодельном конвертике не растапливает ледяного принца, добавляя ещё один пункт в копилку шуток за спиной. Увы, на этот раз не получается отмахнуться от очевидной проблемы. Прилепи бантик к страшному гусёнку – из него не получится прекрасного лебедя. И Грин, выливая ещё несколько солёных вёдер, зарекается никогда больше не совершать подобных ошибок. <br />В семье Моррис и одной Таи происходит прибавление в виде мальчика, и к старшим классам девушка познаёт все прелести изрезанной одежды и тараканов в постель. Ведь что может быть смешней? Зато к выпускному она постигает дзен, прокачав скилл игнорирования посторонних визгов до высшего уровня. Поэтому пока все нервно откусывают заусенцы на руках, она с лицом исполненным монашеского спокойствия сдаёт финальные экзамены, попадая в высшее учебное заведение своей мечты. К слову, к первому курсу в музыкальной академии Гермиона сильно меняется за лето, снимает брекеты, меняет очки на линзы и начинает напоминать представительницу женского пола. А затем происходит страшное. Очередной центр учебной Вселенной обращает внимание на преобразившегося заморыша, впуская её в элитный клуб тех, кто круче, чем яйца. Поначалу всё кажется подозрительно невозможным, но постепенно выстроенная стена недоверия рушится, превращая серые будни в сплошной teenage dream. Полгода она существует в розовом вакууме, пока неосторожная попытка сделать сюрприз своему парню оборачивается открытием, которое бы очень хотелось забыть. Наверное, измены не отпечатываются на всех тотальным уходом с рынка отношений, но когда твоя первая во всём любовь оказывается не очень-то любовью, невольно разочаровываешься в светлых чувствах. Тая в который раз встречается с любимой подушкой, готовая поклястся на крови, что больше никаких недостижимых идеалов. И в каком-то смысле у неё получается.<br />К своему двадцать первому дню рождения Грин получает ещё один жизненный урок: ничто не вечно. Ни счастье матери, но своё собственное. Когда человек, заменивший ей отца, умирает в аварии, карточный домик безграничных перспектив начинает рассыпаться. Никто не убивается в горе, потому что на это попросту нет времени. В какой-то момент девушка понимает, что не может больше тратиться на себя и своё образование, переезжает обратно в родительский дом и уходит из академии, примеряя роль безработной и бездипломной искательницы лучшей жизни. Сначала она берётся за любую работу. Разносит еду в барах и там же устраивает вечера живой музыки для тех, кому нет никакого дела до её голоса. Раздаёт листовки. Достаёт старую камеру, вспоминая о забытом таланте, и фотографирует туристов за копейки. Это продолжается около года, пока мать не подсовывает своё чадо в театр Чикаго в качестве девочки на побегушках.<br />Наученная опытом прошлого, Тая старается держаться в стороне от «главной тусовки», получая клеймо странноватой дочки старшего менеджера. Она продолжает репетировать после закрытия театра и писать песни в надежде, что когда-нибудь они заработают достаточно денег, чтобы она вернулась в те пару лет мечты наяву. На третьей попытке матери связать свою жизнь с достойным мужчиной надежда схлопывается звуком битого стекла на заднем фоне. Ещё одна беременность и сбежавший отец ребёнка перечёркивают жирным крестом карьеру певицы, толсто намекая, что ближайшие лет пятнадцать Грин будет наслаждаться работой в театре в попытках обеспечить разрастающуюся семью. Со временем Тая свыкается, лишь изредка развлекая себя бесплатными выступлениями в парке и находя свою публику в прокуренных барах. Парочка любопытных коллег, услышавших завывание в звукозаписывающей студии, воодушевляются мрачной тенью, открывая в ней не только голос, но и друга с претензией на юмориста года, и девушка наконец-то перестаёт чувствовать себя лишней. Можно выдыхать? Смешно. В один прекрасный день на пороге театра появляется господин «попробуйте не заметить» и в широких залах заканчивается воздух. Тая скрещивает пальцы, стискивает зубы и твердо решает, что судьба не сыграет с ней злой шутки. Хватит. Наигралась. Только вот от протянутого гамбургера отказываться невежливо, а она воспитанная девочка. Вот и не отказывается.</p> <p><em class="bbuline">Коротко о главном:</em> «Тэя Грин? Это кто ещё?» – вот оно, первое впечатление, которым может похвастаться каждый, кому довелось разговаривать с девушкой в рабочей обстановке. Минимум социализации, максимум дела. Спотыкнувшись об острые колья популярных ребят, Тая старается не контактировать с потенциально опасной кастой, тем самым изображая из себя нелюдимую серую мышку. Следующая стадия: «это та, что всех ненавидит?» Вероятно, ей стоило бы начать улыбаться, когда шутит, или поднимать табличку «сарказм» всякий раз, когда достаёт его из арсенала начинающей социопатки, но это слишком просто. Ей хватает того небольшого круга людей, знающих, что за каменным лицом кроется чокнутая покорительница лестниц в коробке, а мнение остальных? Зачем? Ну, а уж если вам довелось наблюдать вытанцовывающую джигу-дрыгу юмористку, поздравляю, вы в клубе доверия. Значит, она уверена в том, что очередной приступ сумасшествия не воспримется, как то, на что страшненькие непопулярные девушки не имеют морального права. Впрочем, она не сильно страдает из-за своей неполноценности в качестве королевы красоты. Тае достаточно того, что она может довести вас до коликов в животе и отогнать серые тучи, когда вес неба ощущается с особенной тяжестью. И вообще, совет для всех, кто не понимает с чем столкнулся: достаточно не быть мудилой, и мудила не посмотрит на тебя в ответ.</p></td></tr></table><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');" style="text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">в</span>аш пост: </span></span></span></div><blockquote><p><span style="display: block; text-align: justify">— <strong>Поезд подъезжает,</strong> — суетно топчась у выхода, сухо бормочет в трубку. Подтягивает сумку повыше, закусывает губу, напряжённо выжидая, когда дедушка на проводе поймёт, что время болтовни подходит к концу. — <strong>Я позвоню тебе, как доберусь до,</strong> — неловкая пауза. Язык еле поворачивается, но она всё-таки заставляет себя произнести: <strong>Дома.</strong> — не успевает дотерпеть до конца фразы, бросая поспешное «пока», как только земля в окне перестаёт двигаться. Нога осторожно ступает на асфальт, а голова мгновенно заключает: <span style="font-style: italic">«Жарко.»</span> Глупо, конечно, ожидать, что выйдя из вагона, столкнёшься с привычным горным пейзажем Вайоминга. Но почувствовать припекающее солнце в апреле месяце – определённо что-то новенькое. Мюрэй судорожно вертит белокурой макушкой по сторонам, начиная слепо следовать за толпой в сторону длинного здания. Предположительно – вокзал. По крайней мере, если её логика не дала трещину, потому что в последний раз Китти покидала родную деревню... никогда, и это накладывало определённый отпечаток на способности ориентироваться в пространстве. Смешно? Ни капельки. Ещё месяц назад её мир сужался до крохотного городишки, прилавка в кондитерской и летних выездов на озёро в часе пути. А сейчас? Он собирался разрастись до высот огромного мегаполиса. Огромного и незнакомого. <br />Видеть в фильмах – одно, быть раздавленной человеческими отродьями со всех сторон в реальной жизни – едва ли способное выбить вас на романтизм ощущение. Жаль, что никто не снял фильма с названием «Houston, Houston». Тогда, может быть, она была бы готова к чувству паники прогрессирующего с каждым уколом локтя в бок или пинком в задник кроссовка. Кэйтлин издаёт еле слышный скулёж отчаяния, пропихиваясь ближе к поезду, чтобы ещё раз взглянуть на фотографию новоиспечённого брата. Пришлось даже регестрироваться на проклятом Facebook'е, чтобы сохранить бледную морду на планшет. (Не без закаченных глаз, потому что не для него она свой iPad берегла.) Не удивляйтесь, она знала, что такое социальные сети и интернет. Но никогда не видела в них надобности, потому что весь фрэндлист ограничивался домами в шаговой доступности. В конце концов, никто стационарные телефоны не отменял, и вот уж вряд ли Сьюзи с соседкской улицы было интересно, как Китти проводит время в единственном молодёжном баре, когда, собственно, эта несчастная Сьюзи там же и околачивалась.<br />— <strong>Извините,</strong> — убирая устройство обратно в сумку. Не услышали... <span style="font-style: italic">«Сама разберусь, придурок.»</span> Мюрэй обречённо вздыхает, зажмуривается и вновь втискивается в живой поток, то и дело приподнимаясь на мысочки в попытке отыскать мальчика с картинки. Весомая загвоздка — она карлица от рождения. Не страшно, когда скопище народу для тебя – пятьдесят голов, и сущий кошмар, если ты утонула в наводнении из людей. Дыхание спирает, на лбу выступает лёгкая испарина, как результат излишней суматохи, но девушка не сдаётся, отчаянно мечась из стороны в сторону, стараясь сильнее прижать к себе вещи и не сталкиваться лбами с каждым, кто приближается к ней ближе, чем на полметра. Второй страх в рейтинге после смерти под сотней ботинок – быть обокраденной. Спасибо дедушке, который успел поработать над запугиванием во благо несведущей внучки, способной вручить сумки первому прохожему, пообещавшему покараулить, пока она быстро сбегает в уборную.<br />Со стороны доносится чей-то голос, словно зовущий к себе. Разворот на девяносто градусов, остановка, кто-то вписывается в неё всем корпусом, проклинает, вызывая мгновенное: <strong>Сам смотри куда прёшь!</strong> — от неожиданности собственной реакции, Кэйтлин зажимает себе рот, испуганно оглядываясь. <span style="font-style: italic">«Пронесло.»</span> Ужас под номером три – не соответствовать. Сильнее отторжения всякой идеи, что она и впрямь могла породниться с возникнувшими из воздуха родственниками, была мысль, что она не сможет продержаться с ними и недели. Жить под одной крышей с мужчиной, которого она полноправно может называть папой? Делить ванную с посторонним парнем, которого она должна воспринимать, как близкого человека? Они издеваются? Свалились, как снег на голову. Один расплывается в придурковатой добродушной улыбке и грезит о каком-то восстановлении семейных уз. Второй? Чёрт его знает. На фотографиях светился, как праздничная ёлка; и она – с арсеналом из рваных джинс, неплохих рефлексов самозащиты, благодаря дедовскому военному воспитанию, и отсутствия высшего образования. Пожалуй, чаша весов склонилась в сторону согласия лишь по причине рьяного желания девушки выбраться из дыры невежества. И уж явно не из-за искрящихся счастьем семейных фотографий Бэннэтов.<br />— <strong>Эй!</strong> — сердце проваливается в пятки, когда чья-то рука настойчиво хватает всю её жизнь. Рефлекс не задерживается. Мюрэй бойко цепляется за край сумки, слышит характерный хруст ткани и только затем презрительно зыркает на грабителя. Ступор. — <strong>Привет,</strong> — сбивчиво, в миг разжмая железную хватку и смотря на — <span style="font-style: italic">«Это он? Он, балда!»</span> — парня напротив коровьими глазами. (Вот тебе и корова, а то волновался.) Про-вал. Ей хочется врасти в землю, зарыться в неё или хотя бы лечь бездушной куклой, отдавшись на съедение пугающим горожанам. Первая секунда – уже словно запуганный дикий зверёк. Идёшь к успеху, Китти-Кэт. <span style="font-style: italic">«Держись. Держи-и-ись!»</span> Вдохнула. Выпрямила спину. Вытянулась по струнке. С важным видом она послушно вышагивает рядом с братом (?), мысленно благодаря богов, что они наконец-то послали ей путеводителя в этом безумном мире высоток и потных прохожих.&#160; <br />— <strong>Кэйтлин,</strong> — односложным ответом. Быстро поднимает уголки губ в улыбку, а затем вновь возвращается к нервному верчению шеей во все стороны, так как сконцентрироваться на единственном человеке в чужой разуму обстановке было непосильной задачей. — <strong>Тогда уж не_факт_что_брат,</strong> — забывается, засматриваясь на бетонный пейзаж. Лицо: «логично ведь, что не так?» Впрочем, спустя мгновение интерес к окружающему миру пропадает напрочь, полноценно зацикливаясь на высокой фигуре напротив. <span style="font-style: italic">«Мне послышалось?»</span> Деревня? Он серьёзно? Мюрэй щурит глаза, моментально скрещивает руки на груди и всем своим видом кричит: «Что прости?» — <strong>Нет,</strong> — <span style="font-style: italic">«Да.»</span> — <strong>Мастер прозвищ. О-очень оригинально,</strong> — фыркая, закатывает глаза Кэйтлин. Сознание посылает алый маячок: разошлась, пора сбавлять обороты. Ей хочется как следует наступить придурку на ногу, но она благородно выбирает просто ответить. Они ведь теперь СЕМЬЯ. Желание поделиться болью про первую поездку так далеко и неподдельный ужас затерялось где-то в закате. — <strong>Почти всю дорогу проспала.</strong> — про несостоявшееся ограбление она выбирает промолчать, потому что ей стыдно вспоминать про реакцию женщины-каратистки и это глупый вопрос. Она не бьётся в истерике и не похожа на потерянного котёнка (по крайней мере, точно не по этому поводу). Вывод: всё на месте. — <strong>Ты всегда такой юморной?</strong> — морща лоб, интересуется блондинка. Читать: «Всегда такой дебил?» Но она же улыбнулась! Значит, заподозрить её не в чем.<br />В последний раз Мюрэй оборачивается на отдаляющееся здание вокзала, мысленно прощается с шансами на сиюминутный побег и трусцой догоняет Мэттью, боясь потеряться сразу же на парковке. Пусть скажет спасибо, что она не успела рассмотреть виляния задом. Точно бы вернулась обратно. — <strong>Сюда?</strong> — миссия «не показать восторга» успешно провалена. Цепляется за сумку ещё сильнее, растерянно осматривая автомобиль. Куда деваться? Не успевая поинтересоваться у Бэннэта на счёт «куда кидать манатки», она не находит решения проще, чем просто завалиться на переднее сиденье, поставив подобие чемодана себе на колени. Руки на сумку, будто прикоснись девушка к салону, испачкает всё на свете своей деревней. <span style="font-style: italic">«Так чисто.»</span> Недоверчиво бегая взглядом по салону, она косится на брата: <strong>Далеко ехать до,</strong> — опять неполадки с осознанием, — <strong>дома?</strong> — поёрзать, поджать губы, а затем прилепиться к окну, хуже маленького ребёнка; и даже подозрительно <em class="bbuline">немилая</em> компания кажется не такой опасной. Стекло внезапно начинает опускаться, отчего она дёргается в сторону, не сразу доходя мозгами, что нажала соответствующую кнопку. Позор номер два. Вдавливается в сидение, чуть съезжая ногами вперёд. Вот и познакомились.</span></p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Taya Greene) Mon, 26 Oct 2015 01:41:31 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=462#p462 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=461#p461 <table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td colspan="2" style="background-color:#dda95e"></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://savepic.su/6095642.gif" alt="http://savepic.su/6095642.gif" />&#160; <img class="postimg" loading="lazy" src="http://savepic.su/6111002.gif" alt="http://savepic.su/6111002.gif" /></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 20px"><span style="font-family: Impact">Акира Хонда, 4 февраля 1990, 25</span></span></span></span></p></td></tr><tr><td style="background-color:#dda95e"></td><td style="background-color:#dda95e"></td></tr><tr><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">#</span>никнейм: </span></span></span><br />Кир</span></p></td><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">п</span>рофессия:</span></span></span><br />музыкант в городском театре, художник</span></p></td></tr><tr><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">о</span>риентация:</span></span></span><br />гетеро</span></p></td><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">l</span>ooks like:</span></span></span><br />Mike Shinoda</span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">с</span>вязь с вами: </span></span></span> 567987345</span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#dda95e"></td></tr><tr><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">м</span>есто рождения:</span></span></span> Токио, Япония</span></p></td><td style="background-color:#f7f1e0"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">с</span>емейные узы:</span></span></span> отец, мать, бабушка.</span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7f1e0"><p><strong>Токио, 1990</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">В семье основателей одной из крупнейших международных промышленных компаний родился наследник. Долгожданный первенец становится информационным поводом для всех уважающих себя изданий, которые спешат заполучить фото новорожденного и разнести новость о преемнике династии богатеев, чья фамилия уже давно бороздит все списки успешных людей мира. Счастливая мать сжимает в руках хныкающий кареглазый комок, а глава семьи обнимает её за плечи, сдержанно улыбаясь фотокорреспонденту через объектив; время открывать шампанское.</span><br /><strong>Лос-Анджелес, 1996</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">Акире 6. Семейная корпорация заключает сделки по всему миру, и самым удачным местом для проживания по мнению отца оказывается солнечный Лос-Анджелес. В погоне за новомодными тенденциями воспитания детей, Кира записывают во все возможные секции и кружки для детей дошкольного возраста. На дом приходит гувернантка, которая помогает развивать таланты будущего наследника во все имеющиеся стороны, но лучше всего маленькому Хонде даются уроки музыки. Семь лет в музыкальной школе, частная школа с аналитическим уклоном и попытки впихнуть невпихуемое в виде дополнительных занятий английским, историей, экономикой и правом: всё, что понадобится для успешного поступления в университет. Отец считает, что чрезмерная подвижность и рассеянность на уроках пройдет с возрастом и до 15 лет увлечение музыкой не кажется такой большой бедой. Проблемы начинаются, когда Кир заваливает ежегодные экзамены, потому что параллельно заканчивает музыкалку и хочет участвовать в конкурсе юных дарований, наплевав на тягомотную экономику. До конца лета ему запрещают выходить из дома, а все музыкальные инструменты закрывают на замок в чулане, заставляя готовиться к осенней пересдаче и думать о своем поведении унылыми вечерами. Где-то здесь начинается тотальное отрицание происходящего и к концу школы Кир понимает, что никто здесь не получит никакого наследника, ведь он не машина, которую можно настроить на свой лад. Отец закатывает грандиозный скандал, когда узнает, что в обход его наставлениями Хонда младший подает документы в академию искусств и намеренно проваливает вступительные в один из самых престижных университетов.</span><br /><strong>Лос-Анджелес, 2007</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">- I’m not what you want me to be, right? – Акира с остервенением перекидывает дорожную сумку через плечо, отправляя связку ключей на журнальный столик. Мать жмется к дверному проему, ведущему из кухни в гостиную, прикрывая рот рукой, чтобы не всхлипнуть, а домработница делает вид, что срослась с мебелью где-то в дальнем крыле дома: здесь не любят чрезмерных эмоций и лишних свидетелей. Отец хмурит брови чуть поодаль, и то, как он сдержанно сжимает кулаки, заставляя себя сдержаться, чтобы не портить репутацию даже в пределах&#160; собственной семьи, заставляет Хонду шагнуть в сторону выхода еще уверенней. – I’v had it with you and your bullshit. – На прощание, он оглядывается через плечо, стараясь сузить фокус зрения, чтобы не дать слабину в самый неподходящий момент. Чтобы в очередной раз не поддаться тарахтящему в груди сердцу и этому чувству вины за разрушенные надежды на светлое будущее наследника великой корпорации. – I’ll call ya, mum – Главное придать голосу уверенности. Главное не смотреть назад. Он закрывает двери почти бесшумно, но быстро. Так быстро, чтобы притвориться, будто бы не слышал последнего напутствия от отца – Без меня ты никто. Ты ничего не добьешься в этой жизни. – И без того слышал это слишком часто.</span><br /><strong>Нью-Йорк, 2010</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">В актовом зале шумно, как в муравейнике. Кто-то пытается найти свое место, кто-то тычется в экран девайса, но гаснет свет и толпа взрывается аплодисментами: на сцене лучший ученик Нью-Йоркской академии искусств. Акира Хонда по традиции открывает студенческий фестиваль, исполняя гимн заведения на фортепиано. – Почему он не в классе музыки? – Студентки перешептываются, хлопая пышными ресницами. Кажется, каждая третья девочка в академии хочет встречаться с этим забавным улыбчивым талантливым парнем, а он любит только свою музыку и странные рисунки, которыми покрывает все доступные поверхности. Любовь? Отношения? На полке растет количество грамот и кубков. После фестиваля Акира спешит в местный паб, где у его группы состоится первый концерт, на входе гости получают бесплатный кусок пиццы и газировку: только бы пришли. По выходным Хонда подрабатывает барменом, а в будние едва успевает совмещать учебу и репетиции, параллельно подыскивая, куда пристроить свой новый макет дизайна.</span> <br /><strong>Нью-Йорк, 2012</strong><br />- Кто на разогреве?<br />- Группа Xero.<br />- Что это еще за хуйня?<br /><strong>Нью-Йорк, 2013</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">Суета перед выпускными экзаменами мешается с бесконечными выступлениями. Популярность группы растет, как снежный ком и весь май Хонда заливает себя кофеином, чтобы не выключиться на лекции. В отдельные моменты ему кажется, что так недолго сойти с ума, но вот микрофон в руке и порция адреналина от восторженной публики разгоняет сердце до предела. Один из треков становится хитом, когда его берут а радио, не за горами полноценный первый альбом, над которым Хонда работал несколько лет. Он готовит эскизы дизайна обложки, когда не спится ноачами, и встречается с Кайли Джером - подающей надежды вокалисткой из гильдии андерграунда. Еще немного и мечты воплотятся в реальность, но отчего-то внутри так и не возникает клика. Акира старается игнорировать предчувствия, работая на износ, и добивается результата: одна из известных звукозаписывающих студий предлагает подписать контракт с группой. За них берется продюсер, который считает, что всё отлично, особенно если убрать рэп-партии из репертуара. Особенно, если отобрать у Кира микрофон и сделать его хранителем клавиш. Главный вокалист группы оказывается совсем не против таких перемен, и когда Хонда хлопает дверьми в студии, по ту сторону остается его лучший друг Джейк – единственное, что можно было бы назвать весомой потерей в жизни.<br />Около года Акира пытается начать заново. Забирает свои трэки, думает о создании новой группы, но в конце концов понимает, что оказался выжженным изнутри. Как зажигалка без газа. Он пишет еще несколько синглов, в попытке вылит накопившееся в слова, но теперь двери студий закрываются перед самым носом усилиями ненавистников. В свободное время Хонда дает уроки музыки и рисует свои эскизы без цели и запала и, в конце концов, списывается со своим старым знакомым, а через месяц оказывается в Чикаго, зарекаясь от всего, что связано с прошлым. Кайли Джером остается трофеем кому-то из группы, когда выясняется, что без денег и славы Акира Хонда не представляет из себя ничего ценного.</span><br /><strong>Чикаго, 2015</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">Акира играет музыкальные партии на спектаклях, все так же дает уроки и продает свои макеты по требованию, на что снимает квартиру и обеспечивает себе жизнь. Все идет своим чередом: он больше не обивает пороги студий и чувствует себя нормально, отдавая энергию окружающим его людям на безвозмездной основе. От назойливого внимания коллег женского пола спасает отточенный скил игнора флюидов счастья. От мыслей о не сложившихся отношениях с семьей – редкие звонки бабушке и недавняя поездка в Японию на месяц. От переизбытка битов в башке – крепкий чай и наброски текстов в стол. Не беда, ведь he was never welcome. </span><br /><strong>Тривиа: </strong><br />- Практически никто в окружении Хонды не знает, что он является сыном владельца всемирно известной корпорации;<br />- Постоянно становится объектом шуток из-за своей фамилии;<br />- Философски относится к неудачам и предпочитает выплескивать негатив в песни, которые пишет;<br />- Часто говорит о себе в третьем лице и использует фразы-паразиты;<br />- Не может существовать без музыки, звуков музыкальных инструментов; <br />- Окончил академию искусств по специальности дизайна. Нашел свой стиль и отлично рисует;<br />- Чтит традиции и культуру Японии;<br />- Из своих родных поддерживает постоянную связь с матерью и бабушкой;<br />- С 17 лет имеет крупный счет в банке, из которого ни разу не взял ни цента;<br />- С настороженностью относится к отношениям и всем, что с ними связано из-за неудачного опыта и чрезмерного внимания девушек, клюющих на номинальные признаки успешности;<br />- Обожает детей, всегда мечтал о большой дружной семье;<br />- Терпеть не может показуху и старается не зацикливаться на собственных талантах, опасаясь подхватить “болезнь” отца;<br />- Комфортнее чувствует себя в компании простых парней с района и ценит любовь к своему делу, а не жажду наживы;<br />- Не любит делиться переживаниями, никогда не рассказывает о своей семье и старается подавить в себе съедающее изнутри желание вновь покорить сцену, так как тяжело перенес потерю лучшего друга.</p></td></tr></table><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');" style="text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><span style="color: #dda95e">в</span>аш пост: </span></span></span></div><blockquote><div class="quote-box hide-box term-login"><cite>Скрытый текст:</cite><blockquote><p>Для просмотра скрытого текста - <a href="/login.php" rel="nofollow" target="_blank">войдите</a> или <a rel="nofollow" href="/register.php" target="_blank">зарегистрируйтесь</a>.</p></blockquote></div></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Taya Greene) Mon, 26 Oct 2015 01:40:31 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=461#p461 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=460#p460 <table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td colspan="2" style="background-color:#be9d5c"><p><span style="display: block; text-align: center"></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#dfd2a4"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: arial"><strong><span style="font-size: 14px"><span style="color: white">CHARLIE JORDAN WHITTMORE | ЧАРЛИ ДЖОРДАН УИТМОР</span></span></strong></span><br /><span style="color: white">Justin Bieber</span></span></p></td></tr><tr><td style="background-color:#f7fbe2;width:35%"><p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://38.media.tumblr.com/fbd8aa14f2c78b804d6db2a1502f24b4/tumblr_inline_nvx7q04xZs1qlt39u_500.gif" alt="http://38.media.tumblr.com/fbd8aa14f2c78b804d6db2a1502f24b4/tumblr_inline_nvx7q04xZs1qlt39u_500.gif" /></span></p></td><td style="background-color:#f7fbe2;width:65%"><p><span style="font-family: Arial">• Дата рождения: 2 мая 1990 года, 25 лет<br />• Ориентация: гетеро<br />• Имущество: вилла в Сакраменто, квартира в Лондоне, красный Mercedes-AMG S 63 4MATIC Cabriolet.</span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#dfd2a4"><hr /><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: arial"><span style="font-size: 14px"><span style="color: white"><strong>ВНЕШНОСТЬ</strong></span></span></span><br /><span style="color: white">I. Глава первая, то, что вы узнаете, встретив меня первый раз:</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7fbe2"><p><span style="font-family: Arial"><span style="display: block; text-align: justify">Человек «подтяни штаны», «оденься» и «о, господи, ладно». Обладает весьма специфическим чувством стиля и очевидным желанием вернуться в то время, когда можно было бегать по лесу в одной набедренной повязке. На просьбы перестать походить на помесь чёрного свэггэра с хипстерским движением не реагирует, надеть майку соглашается с большим энтузиазмом. По-своему преподносит даже официальные костюмы. Покрыт многочисленными татуировками, количество которых постепенно увеличивалось с годами. На заинтересованное беспокойство о том, когда остановится, недоумевающе пожимает плечами, обещая, что не закончит как его дядя, покрытый чернилами с головы до ног без преувеличений. С причёской дела обстоят не лучше. Когда кажется, что придумать уже больше нечего, Чарли появляется со сбритым виском и ошметками светлых волос на правый бок. Впрочем, близкое окружение уже привыкло и в основной массе стоически игнорирует домашний «модный приговор».</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#dfd2a4"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: arial"><span style="font-size: 14px"><span style="color: white"><strong>ХАРАКТЕР</strong></span></span></span><br /><span style="color: white">II. Глава вторая, характер или то, что вы обо мне узнаете, когда мы познакомимся поближе:</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7fbe2"><p><span style="font-family: Arial"><span style="display: block; text-align: justify">Целеустремлённость, граничащая с упрямством. Искренность, переходящая в излишнюю сентиментальность и несдержанность. Неоспоримая способность привлекать к себе внимание болтливостью и своей открытостью. Чарли Уитмор – достойный собственной фамилии молодой человек, рвущийся доказать всему миру, чего он стоит. Он не умеет мириться с поражениями и отступать до тех пор, пока не добьётся поставленных целей. Он может быть невыносимо упёртым, может раздражать непоколебимой верой в собственную правоту, но находясь рядом с ним легко заразиться уверенностью в лучшем будущем, которого каждый должен добиться самостоятельно. <br />Человек, способный задавить своей принципиальностью, но готовый терпеть все слабости близких людей в надежде когда-нибудь наставить их на путь истинный. Он не умеет прощаться навсегда, не умеет отворачиваться. Ему гораздо легче найти вам сотню оправданий, нежели поставить большой крест и забыть, как страшный сон. Уитмор талантливо влепляется в одни и те же грабли с завидным остервенением, что требуется огромной шишки на лбу, чтобы поменять выбранный курс. Перфекционист с большой буквы. Сделает, переделает, выкинет и повторит порочный круг ещё несколько раз ровно до тех пор, пока не получит желаемого результата. Несмотря на бросающееся в глаза помешательство на своей карьере, не ставит её превыше человеческих отношений. Чарли готов бросить любое неотложное дело, если близкому человеку потребуется его присутствие. Плевать, что он сделает себе в ущерб. Не важно, что сигнал тревоги может оказаться ложным. Если мобильный телефон Уитмора разрывается просьбой о помощи, никакой экзамен или важное мероприятие на носу не смогут остановить его. Верный. Не только своим убеждениям, но и людям. На первый взгляд может показаться, что Уитмору не знакомо одиночество, но толстая телефонная книга вовсе не означает, что он способен открываться каждому из списка контактов. Чарли дружелюбен, однако по-настоящему близких может пересчитать на пальцах. И именно эта верность привычному и родному заставляет его бороться за отношения до тех пор, пока есть хоть капля надежды их спасти. Ревнив. Старается подавлять в себе необоснованные приступы «моё», но выходит не всегда. <br />Общественное мнение не играет ключевой роли в жизни молодого человека, что нельзя сказать о семейном одобрении его действий. Пожалуй, самый значительный страх Чарли – разочаровать родителей. Порой он переходит в параноидальное самокопание, но это никогда не ступорит юношу. Любое поражение заставляет его пытаться вновь, а ошибки запускают мгновенный процесс решения проблемы. Не любит чувствовать себя вторым, чужие успехи пробуждают в нем стремление стать лучше. Впрочем, до абсурда дух соперничества не доходит. Уитмор в состоянии усмирить желание потягаться с мастерами спорта, только начав заниматься катанием на скейтборде. Не прочь блеснуть знаниями, оставить яркое впечатление, поэтому ежедневно выучивает по несколько новых слов из толкового словаря. А вдруг пригодится! Благодаря взращенной родителями самоуверенности прекрасно чувствует себя на публике и никогда не отказывается выйти на сцену лишний раз. Парадокс, но Чарли вовсе не рвётся на большие экраны ради толпы фанатов. Если быть откровенным, ему нелегко даётся навязчивое общение и очевидные попытки втереться в его доверие, чтобы заполучить популярного друга. Мечта стать известным для него подобно возможности быть услышанным, отдать частичку себя, надеясь изменить мир к лучшему. <br />Уитмор стремится к саморазвитию. Постоянно берётся за что-то новое и не боится пробовать себя в неожиданных сферах. В нём теплится дух путешественника и первооткрывателя, рвущегося в самые далёкие уголки планеты (жопу мира, как отзывается об этом его отец). К сожалению, природа лишила его математического слада ума. Все науки были ненавистными предметами в школе и были выкинуты на помойку бесполезных знаний сразу после окончания школы. Зато Чарли награждён голосом и быстрой обучаемостью, если выбранная область не включает в себя физику или химию. Отдельную нишу в жизни юноши занимают музыка и религия. Первая, потому что сопровождает его с самого детства и является главным источником вдохновения. А вторая, потому что стала тем, за что он мог уцепиться в тяжелые времена для семьи. Чарли верит в жизнь после смерти, хотя скептически относится к понятию рая. Толерантен к любым увлечениям, но есть некоторые творения мироздания, которые Уитмор переносит с трудом. Сериалы – детская травма от матери. Врачи и больницы попали в немилость после долгих месяцев, проведённых в палате сестры. Он никогда бы не смог жить вдали от мегаполиса и только под дулом пистолета согласится съесть сырой рыбы. Даже не пытайтесь.</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#dfd2a4"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: arial"><span style="font-size: 14px"><span style="color: white"><strong>ИСТОРИЯ</strong></span></span></span><br /><span style="color: white">III. Глава третья, биография или то, что я вам поведаю, если мы станем друзьями:</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#f7fbe2"><p><span style="font-family: Arial"><span style="display: block; text-align: justify">• <em class="bbuline">Место рождения:</em> Ливерпуль, Англия.<br />• <em class="bbuline">Образование:</em> законченный факультет журналистики.<br />• <em class="bbuline">Профессия, род деятельности:</em> сольный певец, общественный деятель, получает второе высшее: английская литература.<br />Пожалуй, если с чего-то и стоит начинать рассказ, так это с выбора имени. Маленькая деталь, от которой первенец в семье Уитмор будет терпеть страдания длинной в целую жизнь. Чарли планировалась милой девочкой, названной в честь своей тети, одинаково любимой обоими родителями. К сожалению, техника в те годы имела свойство ошибаться, и вместо новорождённой дочери на свет явился сын, что, разумеется, ни капельки не убавило радости Уитморов. Однако свыкшиеся с подобранным именем, они предпочли оставить первичный вариант, не став менять его на более мужественный аналог. Конечно, подобная мелочь не могла испортить мальчику детство, которое прошло по всем канонам счастливого существования. Хочешь десятый оранжевый грузовик? Получай. Сходить в зоопарк посреди недели? Разумеется. Чувствуя укоры совести за частое отсутствие из-за работы, оба родителя предпочитали восполнять недостаток внимания игрушками и лавиной хвалебных речей за любое незначительное свершение. Наверное, если бы не сестра отца, то Чарли мог бы превратиться в настоящего маленького тирана, устраивающего истерики по поводу любого неисполненного желания. Но воспитательнице хватало твёрдости духа, чтобы ставить разыгравшееся детское самолюбие на место. <br />Впрочем, быть центром вселенной ему пришлось недолго. К его пятилетию у Уитморов родилась дочка и значительно сократила приступы обожания по отношению к первенцу. Хотя вопреки логичному предположению о вспышках ревности от Чарли младшего, ничего схожего не произошло. Девочка оказалась болезненной, едва не погибла в первые месяцы, а затем ещё продолжительное время жила от визита к визиту в больницы. И вместо зависти к направленному на неё обилию заботы, мальчик взял на себя роль юного защитника. Разумеется, потребность в участливости от отца и матери никуда не пропала, и ребёнок начал изобретать более изощрённые методы её получения. К начальной школе он потребовал записи на музыкальные курсы и позднее начал удивлять всех короткими домашними концертами по праздникам. Сначала в одиночку, а по мере взросления начал подключать к самодеятельности младшую сестру. Однако чем больше Чарли наблюдал восторга в глазах матери или одобрения от главы семейства, тем сильнее юноша чувствовал навязчивую идею оправдать возложенные на него надежды. Намеренно он записывался в школьную газету, заносил свою фамилию в любые списки мероприятий и постепенно становился вездесущим деятелем, без которого не обходилось ни одно событие. <br />Конечно же, вместе с своебразной популярностью пришли и недоброжелатели, готовые воткнуть носом в асфальт без особых на то причин. Привыкший к безоговорочному обожанию и своим успехам, Уитмор не ожидал, что закончит невзрачный учебный день с рассечённой губой на кафеле раздевалки. Смешно, но он был растерян от осознания собственного несовершенства, нежели от ноющей боли в местах полученных ударов. Позволить истории повториться он не мог. По настоянию отца Чарли записался в секцию бокса. Страх перед неспособностью защититься раз за разом слабел, и, получив ещё одну галочку в бесконечном списке своих амбиций, он перешагнул барьер пятнадцати лет. Ещё один день рождения, ещё один праздник, прошедший в стенах госпиталя, вокруг больничной кровати сестры. Хотя место проведения мероприятия не располагало к атмосфере торжества, дата не поскупилась на богатство преподнесённых событий. Не осознавая важности встречи, в тот день Чарли познакомился с девушкой, которая в будущем стала его первой любовью, а на следующее утро врач огласил, что младшая Уитмор пошла на поправку и после выписки более никогда не оставалась в больницах больше нескольких часов. Как и все подростковые влюблённости, эта потерпела множество взлётов и падений: первых ночей проведённых в слезах, первых разбитых костяшек пальцев, первых «бабочек» и неловких волнений. Отношения длились чуть больше двух лет и окончились ожидаемым «давай останемся друзьями.» А затем ещё одним и ещё. До самого университета девушка умудрялась врываться в жизнь Уитмора каждый раз, когда тот находил кого-нибудь другого. Он неизменно возвращался, надеясь, что на этот раз у них получится склеить осколки красивых замков, нарисованных двумя юными друзьями когда-то давно. И неизменно терпел неудачи в бессмысленных попытках. <br />Будучи абсолютной и безоговорочной катастрофой в науках, а также обладая определённой непереносимостью больничного антуража, Чарли не смог последовать по врачебным стопам отца. Юриспруденция равносильно не вызывала положительных эмоций, поэтому, когда пришло время делать выбор, он ступил на путь наименьшего сопротивления. Уитмор всегда знал, что не сможет оставаться в тени прожекторов сцены, как и не сможет прекратить рваться к всеобщему признанию. Он был обделён театральным талантом, но обладал завидными вокальными данными и неоспоримой коммуникабельностью. Итогом был журфак и специализация в телерадиожурналистике, через которую Чарли намеревался попасть на большие экраны. Однако соглашаться на двадцатое в рейтингах учебное заведение в Ливерпуле юноша не собирался, прекрасно понимая, что шансы выбиться в люди уменьшаются в разы, какими бы связями ни обладали некоторые члены его семейства. Серьёзный разговор, целая презентация, аргументирующая правильность решения, и немного удачи позволили добиться согласия от родителей. Чарли поступил в университет Лондона, поселившись в квартире тети, которая уже успела обзавестись мужем и переехать. Каково же было удивление Уитмора, когда любовь прошлых лет оказалась с ним в одном университете. Впрочем, сосредоточившись на собственном будущем, он потерял потенциальный интерес в глазах девушки, постепенно погрязая в вечном беге от возможности к возможности. Тяжелее всего молодому человеку далось расставание с сестрой. Несмотря на обещания навещать не реже, чем раз в две недели, она не смогла ничего поделать с чувством ненужности, которое долгий период было скрыто от внимания родственников. <br />На четвёртом году пребывания в Лондоне Чарли изъявил желание съехать в свою квартиру. На тот момент он уже пару лет подрабатывал продавцом-консультантом в магазине «Nike» и скопил достаточное количество денег, чтобы оплатить хотя бы половину стоимости жилья поблизости с университетом. Ко всему прочему, вися на шее у тети, он лишний раз чувствовал укоры совести за собственную несостоятельность. К счастью, никто не сопротивлялся. И, к сожалению, для Марины Кауффманн &#8209; покорившей будущую соседку с яйцами так сильно, что тот поступился принципами и согласился на опасное сожительство. Пройдя через все круги ада ошибочного восприятия имени парня, игру в лесбиянку и постановку с битьём бутылок Джека под кричащее «can you feel my heart» с обоих сторон, они пришли к долгожданному выводу: теперь можно и любить друг друга. Однако те, кто надеялся на штиль на этом маршруте, были явными оптимистами, потому что, как это бывает в случае Чарли и Марины, всё только начиналось. <br />Беременность девятнадцатилетней девушки была, пожалуй, самым спокойным пассажем в истории, о которой Уитмор старается не вспоминать слишком часто, избегая мгновенно наполняющего свинцом лёгкие чувства. Потому что беременность перестаёт быть страшной тогда, когда в медицинской карте перед ней появляется уточнение: прерванная. Нет, не усилиями испуганных молодых родителей, а бестолковой шуткой завистниц, после которых только-только нашедший равновесие Титаник пошёл ко дну. Круговорот спектаклей кому из нас больней повторился в более разрушительных масштабах, но вместо ожидаемой финальной черты уставших от страданий, случилась другая финальная черта. После которой уже не станешь сомневаться в перспективах своего будущего. К выпуску из университета Уитмор сделал Кауффманн предложение и, к тщательно скрытому удивлению, получил положительный ответ.<br />Последующие пару лет он решил оставить мечту о магистратуре и каком-либо продолжении высшего образования на полке в кладовке желаний, сконцентрировавшись на своей музыкальной карьере. Которая, к слову, покатилась вверх довольно стремительно, стоило пнуть чуть уверенней. Кто бы мог подумать, но к двадцати четырём годам Лондон стал слишком маленьким городом, чтобы существовать в нём без назойливых глаз прессы. Постоянные разъезды в направлении другого материка и назойливое присутствие интересующихся жизнью молодого и перспективного певца навязчиво подтолкнули к решению о переезде куда-то подальше от родной «деревни» и поближе к месту работы. Всё ещё «будущая Уитмор» поддержала идею, и спустя несколько месяцев они приехали в Сакраменто в поисках идеального прибежища для тех, кто хотел греться в лучах Калифорнийского солнца, но не был готов разгуливать по улицам Беверли Хиллс.</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="background-color:#be9d5c"><p><span style="display: block; text-align: center"></span></p></td></tr></table> mybb@mybb.ru (Taya Greene) Fri, 23 Oct 2015 20:12:18 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=460#p460 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=458#p458 <p><span style="display: block; text-align: center">я просто положу это здесь в надежде, что Марина останется жива хд</span><br /><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://savepic.su/5989979.png" alt="http://savepic.su/5989979.png" /></span></p> mybb@mybb.ru (Marina Kauffmann) Tue, 13 Oct 2015 22:11:23 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=458#p458 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=457#p457 <p><span style="display: block; text-align: center">я сдаюсь хд я больше ничего не могу с этим сделать хд понять и простить хд и открывать отдельным окном ибо оно...</span><br /><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://savepic.su/5974144.png" alt="http://savepic.su/5974144.png" /></span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Georgia"><strong>Chester Bennington</strong> – The Messenger</span></span></span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 14px"><span style="font-family: Georgia">When life leaves us blind<br />Love keeps us kind</span></span></span></span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://savepic.su/6015105.png" alt="http://savepic.su/6015105.png" /></span></p> mybb@mybb.ru (Rona Kauffmann) Tue, 13 Oct 2015 22:09:42 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=457#p457 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=445#p445 <p><span style="font-family: Courier New"><span style="display: block; text-align: center">I ' l l&#160; &#160;c l o s e&#160; &#160;m y&#160; &#160;e y e s ,<br />T h e n&#160; &#160;I&#160; &#160;w o n ' t&#160; &#160;s e e<br />T h e&#160; &#160;l o v e&#160; &#160;y o u&#160; &#160;d o n ' t&#160; &#160;f e e l<br />W h e n&#160; &#160;y o u ' r e&#160; &#160;h o l d i n g&#160; &#160;m e .</span></span><br /><span style="display: block; text-align: justify">Для божившейся не подвергать своё сердце очевидному риску самоликвидации девушка выглядела весьма неубедительно. Но если хватавшийся за тонкую нить надежды на возможное невозможное рассудок, заставивший её швыряться майками, подлежал оправданию, то обновлённая версия восприятия мира, в которой Акира Хонда не был ни в чём уверен, походила на сбоящий процессор, неспособный оценить размах поражения, когда эта неуверенность вспомнит о себе завтра утром. Видимо, звуковое сопровождение напрочь перекрывало связь с центром безопасности, потому что произнесённое уточнение не нашло должного отклика в Грин от слова совсем.<br />Она улавливает просьбу продолжить и продолжает, словно не слышала, пожалуй, самой страшной версии причины случившегося. С ней столкнётся девушка, которой сулит обнаружить себя в интереснейшем положении временной подстилки; а до неё нынешней Тае Грин не было абсолютно никакого дела. Её беспокоили куда более приземлённые проблемы, вроде неожиданных спазмов в груди, перекрывающих доступ к кислороду, и телесных реакций, которые под определённым градусом опьянения другим человеком скрыть было невозможно. Она и не собиралась. Будто на зло висящей в воздухе озвученной правде, на тёплый выдох, расходящийся по щеке, отвечала равносильным порывом в губы. Вот уж кто здесь действительно stupid.<br />Вернуться в состояние восприятия реальности удаётся не сразу. Растерявшись от непредвиденных манипуляций где-то позади себя, Тая прижимается сильнее, машинально заводя ладони за спину, определённую самой удачной опорой. Нос утыкается в тёмные волосы. И вряд ли без того натерпевшийся организм способен оценить по-достоинству действие над сознанием резко ударившего по обонянию запаха. — <strong>Like,</strong> — усилием над закрывающимися веками Грин заставляет себя отстраниться, чтобы заглянуть в глаза Хонды в надежде уловить суть сказанного. Руки возвращаются на шею. — <strong>What?</strong> — неровный вздох, закреплённый очевидными попытками сконцентрироваться на совсем не вовремя важном диалоге. И, судя по всему, так называемая важность ускальзывает от восприятия Таи, потому что встречаясь взглядами с продолжающим вещать Акирой, она не находит глубинного смысла в чём-то, что выглядит, исходя из тона, как-то подозрительно. Остаётся верить, что речь идёт не о её отчаянном стремлении изобразить погружённую в разговор серьёзность. <br />Что-то происходит, но явно без её участия. Дезориентирующие манипуляции с запястьями делают из грязной фантазёрки послушную куклу, не забывающую хлопать пушистыми ресницами, пока её руки заводят за спину. Little dirty bitch арестована? И прежде чем ехидный комментарий успевает зародиться в пустой голове, до слуха долетает характерное клацание, тут же оправдывая подозрения о наклонностях виновника всех сердечных проблем. Самое время вспомнить о выдвинутой теории, где любая, казалось бы, кульминация может обернуться началом, если вы находитесь в опасной близости к Акире Хонде. <br />На короткий миг внутренняя буря оборачивается штилем, превращая дерганую частоту пульса в тонкую предсмертную полоску. На лице Грин вырисовывается невнятная эмоция смятения, сквозь которую она едва умудряется коротко кивнуть. Похоже, что ремень захватил не только запястия, но и сдавил главные линии жизненных передач. Иначе как объяснить пассивное принятие ситуации без единого признака сопротивления? — <strong>Well, I,</strong> — ты пыталась. Зависая с приоткрытым ртом, Тая сталкивается с ещё одной пугающей истиной. Она вовсе не уверена, что молчаливое согласие &#8209; результат глубинного шока. И, пожалуй, боится она совсем не того, что с ней сделают, а скорее того, что не сделают. — <strong>I am not sure that negative answer is an option here,</strong> — шепчет слегка дрожащим голосом от поднявшегося к горлу комка нервов. Грин толкают, и без должного энтузиазма она толкается в заданном направлении, невольно ежась от окутывающего тело холода. — <strong>Кто бы мог подумать, насколько я была права, когда предположила, что в тебе живёт скрытый БДСМщик. Ещё что-то о чём я не знаю?</strong> — негромко интересуется, пользуясь мгновением, пока к ней возвращается контроль над дыханием и возможность многозначительно дёрнуть бровями. <br />Впрочем, порыв поговорить стремительно гаснет, стоит в комнате прозвучать лаконичному «wow». Такой отчаянной готовности превратиться в пепел ей ещё не приходилось ощущать, и если Хонда испытывал границы напряженности момента, ему удалось найти её личную точку кипения. — <strong>Scared is not the right term,</strong> — не сводя глаз с новоявленного карателя, она старается на выдать спектра ощущений, но табун мурашек от приземлившихся на колени ладоней говорит за себя. Очередной один разряд электричества. Тая сжимает губы, делая неровный выдох через нос. Фраза про опасность озвученных желаний была бы как раз кстати, потому что вымаливающая наказание явно не подозревала насколько буквально будет воспринята её просьба. Уже пора принимать эстафету ненавидящей в этом тандеме?<br />— <strong>Nothing,</strong> — бормочет на полувдохе, — <strong>At all,</strong> — и она не уверена, что последнее слово не было разбавлено лишней нотой. Затихший орган в груди даёт о себе знать громыхающим звуком по ушам, следом за которым идут ещё несколько набирающих в громкости ударов. Вместе с неровным скачком пульса происходит переход Таи в функционирование на резервном питании, отключающем бесполезные опции вроде фильтрования собственной речи. — <strong>If this is what you want,</strong> — задыхаясь стучащим в глотке сердцем, чуть наклоняет голову, беспокоясь за&#160; разборчивость слов на дальних расстояниях. — <strong>I will be as convincing as I can be,</strong> — приходится прикусить губу, чтобы тут же не начать доказывать свою исполнительность, и сдаться секундой спустя, когда реакции берут верх над попытками подчинить гамму вызванных чувств собственной воле. Стоило думать, прежде чем связываться с таким упрямым соперником, потому что Тае Грин не остаётся ни шансов, ни выбора на сокрытие остатков того, что ещё не было очевидным за сегодняшний вечер.<br />Тяжелое дыхание перебивается редкой дрожью в районе живота, резонирующей к низу. В какой-то момент веки сами закрываются, а Тая беспомощно падает носом в тёмные волосы, уже не сильно беспокоясь за степень помутнения в голове от чрезмерной концентрации Акиры Хонды на квадратный миллиметр. Хуже быть точно не может. Ведь не может? — <strong>Funny?</strong> — приз за внутренний декодер тому, кто разобрал этот сбивчивый шёпот, претендующий на звание человеческой речи. — <strong>I should say that you've got a terrible sense of humor,</strong> — пауза на то, чтобы не потерять равновесие между то и дело кончающимся кислородом, и невнятными проявлениями мыслительных процессов, — <strong>This is anything, but funny,</strong> — она дёргает руками за спиной, натыкаясь на сопротивление импровизированного смирительного инструмента для особо провинившихся. Смешок на выдохе. — <strong>So, <span style="font-style: italic">please</span>,</strong> — делает акцент интонацией на нужном слове, — <strong>Please,</strong> — тише, — <strong>Would you mind,</strong> — когда дышать становится слишком сложно, ей приходится отстраниться, чувствуя как, предположительно, статичная комната не перестаёт плыть перед глазами. — <strong>To stop being so far away? Because being so fucking unexcited feels so fucking much like nothing at all, that we're gonna have a fucking problem if those walls are not thick enough,</strong> — и, пожалуй, на этот раз в голосе проскакивает нечто более убедительное, чем right here, right now. — <strong>But you're good at shutting me up,</strong> — правда на этот раз простой фразы будет вряд ли достаточно. Но Акира ведь из изобретательных. Справится.</span><br /><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Courier New">M o r n i n g&#160; &#160;w i l l&#160; &#160;c o m e , <br />A n d&#160; &#160;I ' l l&#160; &#160;d o&#160; &#160;w h a t ' s&#160; &#160;r i g h t ;<br />J u s t&#160; &#160;g i v e&#160; &#160;m e&#160; &#160;t i l l&#160; &#160;t h e n<br />T o&#160; &#160;g i v e&#160; &#160;u p&#160; &#160;t h i s&#160; &#160;f i g h t .</span></span></p> mybb@mybb.ru (Taya Greene) Mon, 12 Oct 2015 04:19:50 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=445#p445 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=444#p444 <div class="quote-box quote-main"><blockquote><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td style="background-color:#c7c7c7"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Georgia"><span style="font-size: 25px"><span style="font-style: italic"><strong>Дерек Фармер, 30</strong></span></span></span><br /><span style="font-family: Arial">давайте знакомиться!</span></span></p></td></tr></table><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td><p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://savepic.ru/7899194.jpg" alt="http://savepic.ru/7899194.jpg" /><br /></span></p></td><td><p><span style="display: block; text-align: justify">У меня нет родителей, свое имя получил в интернате, зовут меня <strong>Дерек Фармер</strong>. Мне посчастливилось родиться <strong>16 ноября 1985 года</strong> в прекрасном городе <strong>Миннеаполисе</strong>, где прожил всю свою чертову жизнь. На данный момент я <strong>хирург</strong> и меня вполне все устраивает. В своих самых смелых фантазиях представляю обнаженных <strong>девушек</strong>, но все равно в реальной жизни не могу жить без своей гребаной <strong>недобывшей жены</strong>, которая не дает мне покоя даже по прошествии долгих трех лет. Кстати, вы сможете полюбоваться на меня вбив в гугле <strong>Theo James</strong>, ведь именно так я выгляжу.</span></p></td></tr></table><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td style="background-color:#c7c7c7"></td></tr></table><table><tr><td style="width:1%;background-color:#c7c7c7"></td><td style="width:49%;background-color:#dddddd"><p><strong>5 лучших качеств:</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">целеустремленный, умный, отзывчивый, исполнительный, имеет хорошее чувство юмора.</span><br /><strong>увлечения:</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">работа и есть его увлечение. Иногда ходит в тир, умеет обращаться с огнестрельным оружием, играет на пианино.</span></p></td><td style="width:49%;background-color:#dddddd"><p><strong>5 худших черт:</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">ворчливый, довольно властный, упрямый, как стадо бизонов, вспыльчив, в какой-то мере жесток.</span><br /><strong>страхи:</strong><br /><span style="display: block; text-align: justify">прожить непутевую жизнь, страх одиночества, боязнь вовремя не оказать помощь, не спасти человека.</span></p></td><td style="width:1%;background-color:#c7c7c7"></td></tr></table><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td style="background-color:#c7c7c7"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Georgia"><span style="font-size: 25px"><span style="font-style: italic"><strong>оттенки души</strong></span></span></span><br /><span style="font-family: Arial">для того, чтобы вы смогли меня понять - расскажу о своем характере подробнее</span></span></p></td></tr></table><p><span style="display: block; text-align: justify"> Он никогда не полезет за словом в карман, всегда даст отпор, может прямо в лицо сказать, что именно думает о том или ином человеке. Ему плевать на общественное мнение, да и на само общество в целом. Он практически никогда никого не слушает, руководствуясь своим собственным мнением, мозгами и тем, что подсказывает ему сердце. Терпеть не может ложь. Если вы ему солгали, то берегитесь. Так просто он этого не оставит. Никогда не лицемерит, чтобы чего-то достичь, ибо считает, что в жизни все нужно получать своими силами. Ни за что на свете не станет льстить и подхалимничать для того, чтобы кому-то понравиться. Он такой, какой есть и уж точно не станет меняться по чьей-то прихоти. Молодой человек достаточно хитроумен и сдержан. Очень упрямый и упертый, как баран. Его весьма сложно в чем-то убедить или переубедить. Практически всегда стоит на своем, правда, иногда прислушивается к логичным и разумным аргументам и доводам и признает, что был не прав. Целеустремленный, имеет большую силу воли. Довольно умен и начитан. Терпелив, но вспыльчив и эмоционален. Амбициозен. Совершенно не умеет скрывать собственные чувства и эмоции. Всегда видно, в каком он расположении духа. Совершенно спокойно, без напряга может поставить на место даже самого зарвавшегося индивида. Не упускает возможности кем-то покомандовать, это знают все, с кем Дерек работает в госпитале. Несмотря на складывающееся мнение о том, что он настоящий тиран, это совершенно не так. С близкими людьми мужчина более мягок и, пожалуй, только они знают его таким, какой он есть на самом деле. Фармер достаточно ворчлив, иногда может показаться жутким занудой, но несмотря на это, обладает прекрасным чувством юмора, которым пусть не часто, но с удовольствием пользуется. <br />Иногда у молодого человека случаются нервные срывы, в основном из-за работы или же жены, которая не упускает возможности проверить его нервы на прочность. В таком состоянии его, естественно, лучше не трогать, иначе лишь одному господу богу известно, на что он способен в такие моменты. Может спокойно и без зазрения совести употребить в своей речи нецензурные выражения, применить грубую силу. Порой бывает жестоким и несдержанным, вполне способен обматерить любого, рассказать, кто, кого, как долго и в каких позах.<br />Грубоватый, дерзкий, независимый, но на работе ведет себя так, будто выходец из благородной семьи. Мало кто из коллег может предположить, что на самом деле, Фармер далеко не такой непоколебимый и спокойный, каким кажется на первый взгляд. Считает, что риск – это благородное дело, поэтому не боится делать высокие ставки.<br />Дерек – циничная, сложная, далеко не высокоморальная личность. Ровным счетом, ему плевать, кто его окружает. Он не обращает внимания практически ни на кого. Исключения составляют его немногочисленные друзья, с которыми он проводит не так много времени как хотелось бы. Впрочем, особого дискомфорта от этого он не испытывает. Он уже слишком давно один и разочарован в жизни для того, чтобы заморачиваться по поводу друзей и всяческих знакомых.<br />Не сказать, что склонен к насилию и рукоприкладству, но вполне может себе это позволить, если сильно допекут. К таким методам прибегает лишь тогда, когда не видит другого выхода. Просто так в драку не полезет и не станет демонстрировать свою силу и превосходство над противником. Вполне может поднять руку на женщину и потом не мучатся угрызениями совести. Считает, что если получила пару тумаков, значит, заслужила. Впрочем, Фармер вообще предпочитает не заострять внимание на таких вещах. Он не станет жалеть о том, что совершил. Будьте уверены в этом, потому что жизнь слишком сильно побила в свое время, заставив отмести в сторону ненужное чувство жалости.<br />Жуткий собственник, чем и объясняется его нездоровая ревность. Ловок, хитер, рассудителен и достаточно изворотлив. Недоверчив, близко к себе никого не подпускает, ибо прекрасно знает о том, что люди – существа, которых хлебом не корми, дай обмануть ради собственной выгоды и наживы. Плевать хотел на все правила хорошего тона, приличия и прочей херни. Лести, комплиментов, пожеланий хорошего дня или же поздравлений с каким-нибудь общепринятым праздником вы от него не дождетесь. Никогда. Терпеть не может зажравшихся пафосных детей богатеньких родителей, которые не знают, как зарабатываются настоящие деньги. Готов в ту же секунду раскроить им череп любым попавшимся под руку предметом. В своих мыслях, естественно.<br />Нигилист. Не признает общепринятые законы и нормы, нравственные и культурные ценности. Чихать хотел на все это с высокой колокольни. Не верит никому и ни во что. Для него нет авторитетов, он не придает значимости тем вещам, которые так ценят практически все люди. <br />Он давно разочаровался в жизни, и не ждет каких-то знаков свыше, указывающих на светлые перемены в будущем или подачек от господа бога. Несмотря на это, не опустил руки, не сдался, а продолжает бороться и пытаться привести свою собственную жизнь в какой-никакой, но порядок. Дерек всегда сам по себе, он не надеется, что когда-нибудь к нему станут тянуться люди. Впрочем, специально никогда никого не отталкивает от себя, если нет на то веских причин и оснований. Не терпит жалости, и сам не проявляет ее по отношению к кому бы то ни было.</span></p><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td style="background-color:#c7c7c7"></td></tr></table><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td style="background-color:#c7c7c7"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Georgia"><span style="font-size: 25px"><span style="font-style: italic"><strong>автобиография</strong></span></span></span><br /><span style="font-family: Arial">а теперь, читайте историю моего жизненного пути</span></span></p></td></tr></table><p><span style="display: block; text-align: justify">На самом деле, не люблю рассказывать о своем прошлом кому попало. Вообще не люблю вспоминать этот период из-за того, что он был далеко не таким, каким бы мне хотелось, но раз уж зашел разговор. Что ж… родители мне неизвестны. Все время я рос в приюте, правда воспитатели постоянно не оставляли попыток пристроить меня куда-нибудь. К десяти годам сменил четыре семьи. Как понимаете, долго никогда не задерживался, потому что ни одна семья не могла вытерпеть мой скотский характер. Да, признаюсь, паинькой не был никогда. То ли из-за того, что по природе весьма буйного нрава, то ли из-за того, что прекрасно понимал один весьма простой факт: все эти люди – просто чужие, безликие силуэты, не более. Не мои родители. Поэтому мне совсем не хотелось с ними жить и, естественно, хулиганил покруче даже самого страшного черта. Возможно, все эти семьи хорошие, добрые, но мне с ними явно было абсолютно не по пути. Так вот, когда мне исполнилось десять, меня снова определили в очередную семью. Честное слово, мне казалось, что долго там не останусь. Все будет по уже известному сценарию, но что-то пошло не так. Ева – мудрая удивительная женщина, которую впоследствии я стал считать матерью, каким-то чудесным образом нашла ко мне подход и расположила к себе так, что я полюбил ее всем своим детским сердцем. До сих пор считаю, что она моя настоящая мать и слышать не хочу ничего против этого. Ева и Гарри – мои родители, вырастившие меня, воспитавшие. Именно им благодарен больше всего на свете, перед ними склоняю голову в уважении и безмерной любви. О детстве, пожалуй, больше рассказывать нечего. Все, как у всех. Школа, детские увлечение и все прочее, что прилагается. Картинки сменялись очень быстро. Наверное, некоторых вещей даже не вспомню, если и напрягу свою память. Затем университет и медицинская школа, на которой настояла моя мать, так как искренне считала, что у меня есть дар лечить людей. Я не сопротивлялся, пошел учиться на врача, мне даже нравилось посещать лекции, препарировать животных, запоминать нужную информацию. Кажется, мама не прогадала, медицина – действительно моя настоящая страсть, как выяснилось спустя время.<br />Когда закончил интернатуру, женился на молоденькой девушке Луне, которую любил больше своей собственной жизни. Да, у меня действительно скверный, дурной характер, иногда могу вспылить или нагрубить, но с ней всегда обходился совершенно иначе, был готов вырвать свое сердце и отдать ей в полное владение, ведь она была для меня всем. До определенного момента. Дело в том, что в прошлом, она сделала мне невыразимо больно, оставив ни с чем, наплевав на все, что было и уехав к какому-то другому парню. Я остался один со своими никому ненужными чувствами, которые не слабо так изваляли в грязи и еще больше ударился в учебу. Спустя время она вернулась, мне долго не удавалось простить ее, но слишком сложно отказаться от человека, который оставил огромный жирный след у тебя внутри. Мы начали проводить время вместе и вроде чувства вспыхнули вновь. К чему сейчас это все рассказываю? Чтобы подвести к главному. Обида за то, что она бросила меня и сбежала к другому так и осталась жить в моем сердце из-за чего наш брак медленно, но верно разрушался, превращаясь в быт людей, живущих в одной квартире, но не являющихся родными душами. За три года все рухнуло до основания и, кажется, сейчас мы оба просто глупо слонялись по пепелищу, которое устроили сами же. Если хотите услышать от меня ответ, почему мы все еще в браке, ответа вы не получите, ибо и сам не знаю, что заставляет меня оставаться мужем этой особы. Быть может, все не так просто, как может показаться на первый взгляд? Слишком уж запутанная история для того, чтобы взять и разобраться с ней на раз-два.</span></p><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td style="background-color:#c7c7c7"></td></tr></table><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">пример игрового поста</div><blockquote><p>Ну, естественно, она стала отвечать. Иначе быть не могло. Этот адреналин, эта злость с моей стороны и страх с ее, эта чертова балансировка на грани доводили до исступления, срывали все цепи и оковы, возбуждали покруче любой нежности. Я не стану жалеть об этом, более того, скажу, что хочу этого. И неважно, что будет потом. Неважно, что придет в голову этой конченой идиотке. Это будет после. Сейчас время совсем для других вещей. Правда, Китти?<br />Девушка быстро разделывается с ремнем на брюках и забирается пальцами под боксеры, тут же умещая ладонь на моем члене. Ох, как. Внезапно. Тихо охаю, шумно выдыхаю, непроизвольно дергаюсь от приятных ощущений. Сейчас я чертов сплошной оголенный нерв, гребаный комок нервных окончаний. Чувствую все сильнее, острее, ярче. Страстно, беспардонно целую, бесстыдно кусая ее губы. Ладонями вожу по телу блондинки, усмехаюсь, чуть отстраняясь от нее.<br /><strong>– Мне это и не нужно,</strong> – в который раз хмыкаю, пожирая бешенным взглядом фигуру своей благоверной.<br />Нет никакого смысла, никакой выгоды, никакого резона для того, чтобы лишать жизни Китнисс. Тем более, как она правильно заметила, действительно не смогу приставить к ее дурной башке пушку и вышибить ей мозги одним нажатием пальца на курок. Она особенная. Та единственная, которой я сберег жизнь. И это не изменилось вплоть до этого самого гребаного момента. Увы. Перед ней я слаб. По крайней мере, только лишь в этом плане, так что особо обольщаться ей не нужно.<br />Нахрапом иду вперед так, что девушка начинает пятиться назад до тех пор, пока не упирается спиной в стену. Быстро снимаю с себя кобуру, скидываю на пол, прижимаю Кит своим телом к стене вплотную. Касаюсь губами ее шеи, медленно провожу языком по коже, чувствуя солоноватый привкус. Укладываю ладони на ее чертову задницу, сжимаю пальцами, целую скулу. Руки скользят вниз вплоть до разреза этого дрянного, вульгарного платья. С особым остервенением, ненавистью и даже жестокостью, рву проклятую ткань этого дерьма, оставляя блондинку в одном нижнем белье. Вот ты и попалась, красавица. Раздираю на себе рубашку, плевать на эти сраные пуговицы, я не хочу медлить ни секунды. Снова прижимаюсь к Китнисс, быстро расправляюсь с ее бюстгальтером, отправляю его на пол, припадаю губами к ее груди. Сжимаю ладонью податливую кожу, касаюсь языком соска. Прижимаюсь ближе, так, чтобы эта сука чувствовала, что я хочу ее, чтобы знала, что готов засадить ей прямо здесь и сейчас. Не стоило заблуждаться на мой счет. Я далеко не милый малый, не интеллигент, не джентльмен. Я самый настоящий подонок и мразь, только раньше ты об этом не знала. Сволочь, ублюдок и тварь. В этом тебе предстоит убедиться сегодняшней ночью, моя девочка.</p></blockquote></div></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Rona Kauffmann) Sun, 11 Oct 2015 23:41:40 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=444#p444 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=430#p430 <p><span style="display: block; text-align: center">[audio]http://pleer.com/tracks/45110806Equ[/audio]</span></p><div class="quote-box quote-main"><blockquote><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td><p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://savepic.ru/7978350.gif" alt="http://savepic.ru/7978350.gif" /></span></p></td><td><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Palatino Linotype"><span style="font-size: 14px">Oh I've been running all my life<br />I ran away, I ran away from good<br />Yeah I've been waiting all my life<br />You're not a day you're not а day too soon</span></span></span></p></td></tr></table></blockquote></div> <p><span style="display: block; text-align: justify">Люди сами любят усложнять себе жизнь. Каждый раз у человека есть выбор. И каждый раз он не ищет легких путей, выбирая непременно то, что в итоге все усложнит. Я вообще не умел жить по-другому. С самого первого дня своего взросления поставил все на кон, пробираясь через настоящие джунгли, падая в ямы, выбираясь и падая снова. Семье нужны были деньги и вместо того, чтобы найти себе вторую, третью, десятую работу, моя персона не нашла ничего лучше, как ступить на тропу криминала. Перегонять ворованные тачки, воровать целые цистерны бензина прямо с трассы, каждый день нарушать закон, скрываться от правосудия и паскудно удирать от легавых. Такова была моя жизнь. Легко можно сказать, что во всем, что сейчас происходит в моем мире виноват только лишь я. Ситуация с Ханной не стала исключением, а ведь мне бы хотелось, чтобы все было гораздо проще, но это Леон, мать его, Мартинес, живущий по своим собственным правилам.<br />Если и были какие-то сомнения, если были самоуничижительные мысли, осуждение самого себя, то сейчас, в этот миг все заиграло другими красками. Нужно было остановиться раньше. Прислушаться к вопящему внутри голосу разума, взять себя под контроль, положить конец той вакханалии, что мы вместе устроили в этой комнате, но как же сложно, боже, до невозможности трудно просто взять и пресечь то, что тебе хотелось сделать уже так давно. Можно обвинять меня, Свон, кого угодно в том, что сейчас я – взрослый мужик сижу на кровати и откровенно, настойчиво целую маленькую девочку, гуляя по ее телу руками. С точки зрения всех моральных и общественных норм это даже не недопустимо. Это ужасно, скверно, грязно и погано. Но какое, мать вашу, мне есть дело до того, что подумают чертовы люди, когда в моих руках находится та, что не давала покоя моему сердцу уже как две недели? Чихать хотел на всех людей, их взгляды, мысли и мнение, что они думают по этому поводу, ибо никогда не стоит лезть в чужие жизни. Можно обнаружить то, о чем совершенно не готов узнать.<br />Что-то внутри все еще пытается возразить, пытается остановить меня в своих порывах, но когда девушка перекидывает ногу через мои ноги и усаживается на колени, мысли разбиваются вдребезги одна о другую, разлетаясь по голове тысячей осколков. Сердце начинает стучать чаще, глотку перехватывает от волнения, по телу разливается тепло. Нет, не смогу долго играть в приличного мальчика, когда события принимают такой поворот. Я не железный, у меня не получится сейчас убрать от себя Ханну, извиниться и покинуть ее комнату, отправившись закидываться виски и сигаретами, терзаясь слишком огромным потоком совершенно ненужных мыслей.<br />Мне страшно, нет ни одной идеи, как лучше сейчас поступить. Что делать, что предпринять? Быть может, нужно что-то сказать, нарушить тишину, звенящую от напряжения в моих ушах? Глупо, слишком глупо бросаться словами и тратить моменты, подаренные нам судьбой ли или же самим Дьяволом, решившим предпринять попытку искусить двух неравнодушных друг к другу людей. Поэтому в тысячный раз отвечаю на поцелуи, которыми меня одаривает девушка. Прижимаюсь ближе, проводя ладонями по ее бедрам, двигающимся навстречу ко мне. Больше нет сил, чтобы сопротивляться, нет сил держать под семью замками чувства и эмоции, которые в отместку за неволю пожирают меня изнутри. Именно поэтому бросаюсь в их голодные пасти, не думая о последствиях. Будь что будет.<br />Она приподнимает мою футболку, тянет вверх, словно просит избавиться от этого ненужного сейчас элемента гардероба. Ее ладони касаются живота, вздрагиваю, нервно сглатываю, пару секунд медлю, а затем, окончательно послав все к чертовой матери, избавляюсь от верхней одежды, швыряя ткань куда-то в сторону. Прижимаюсь ближе, настойчиво, как-то непозволительно по-хозяйски целую, языком касаясь ее языка. Нечем дышать. Кажется, начинаю задыхаться от переполняющих эмоций, мне нужен глоток воздуха, отстраняюсь, втягиваю его легкими и несколько секунд смотрю прямо в глаза Ханне, пытаясь понять, о чем она думает и что чувствует в данный момент. Не играется ли она? Не решила ли таким способом в будущем шантажировать? Не подумала ли о том, что сможет больно колоть, тыкая в то, что сейчас происходит при любом удобном случае? Не знаю. Не сказал бы, что безупречно разбираюсь в людях и что внутренняя чуйка работает без перебоев, но не вижу сейчас в ее глазах ничего такого страшного, будто бы и не было вовсе этого месяца истерик, скандалов и выяснений отношений на пустом месте. А что если эта несносная блондинка мое спасение? Что если это то хорошее, что может помочь мне выбраться из всего этого дерьма и я не должен и не имею права отпустить, потерять? К черту. К черту все. Мысли, сомнения, домыслы, боже. Как вообще можно о чем-то думать в это мгновение? Когда же гребаный голос разума уже наконец заткнется и помашет белым флагом, объявляя о своем феерическом поражении?<br />Хватит. Это немыслимо и глупо. Распечатываю эти семь замков внутри своей души, выпуская наконец на волю все, что там слишком долго хранилось, жило и верило, что в один прекрасный момент дверь будет отперта. Цепляю пальцами края футболки девушки, медленно поднимаю вверх, избавляя ее от бесполезной тряпки. Выдыхаю, прижимаюсь своим телом к ее, вздрагиваю от такой близости, неспешно провожу ладонью по обнаженной спине Свон. Она проезжается бедрами по моим коленям, я жмурюсь, рвано и шумно выдыхаю снова. Мои губы касаются скулы, шеи. Провожу по горячей коже языком, оставляя влажную дорожку, опускаюсь ниже. Носом веду по ключице вниз. Пару секунд медлю, затем касаюсь губами мягкой податливой кожи на груди девушки. Ладонь скользит вверх, касается ее живота. Кажется, меня немного потряхивает от переизбытка эмоций. Датчики не выдерживают напора, чувства заставляют их шкалить, намекая на возможный внутренний взрыв. Я больше не думаю. Не взвешиваю все «за» и «против», не мучаюсь в принятии решения, не терзаю себя за неправильные поступки. Полностью и безоговорочно отдаюсь чувствам, которые сейчас являются моим поводырем. Ловлю себя на мысли, что больше не хочу стоп-кранов, угрызений совести, каких-то барьеров и железобетонных стен, возведенных собственноручно для того, чтобы Хана никогда не узнала, что именно испытываю по отношению к ней. В данный момент все слишком очевидно, поэтому все сооруженные преграды на пути к пониманию ситуации просто-напросто не имеют никакого смысла. Прижимаюсь пахом ближе, горячо выдыхаю на грудь блондинки, чуть отстраняюсь, приподнимаю ее на руки и аккуратно укладываю на постель, тут же принимаясь настойчиво целовать ее губы. Моя ладонь умещается на ее животе, скользит ниже и замирает в самом низу, там, где начинается нижнее белье. Осторожно прижимаю руку, прикусываю нижнюю губу, опускаюсь ниже, снова целую шею, покрывая мягкими поцелуями. Да, мне определенно сносит крышу, я определенно неподвластен никакому самоконтролю, но мне так хочется быть как можно ближе с той, которая, казалось бы, ненавидит меня всей своей душой. Впечатления могут быть катастрофически обманчивыми, но сейчас все это меркнет по сравнению с тем спектром эмоций, что каждый из нас испытывает в эту минуту. Плевать о последствиях, плевать о том, что будет потом. Есть мы, есть здесь и сейчас, все остальное может отправляться к чертовой матери. </span></p> mybb@mybb.ru (Rona Kauffmann) Sun, 11 Oct 2015 23:22:17 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=430#p430 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=378#p378 <table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td><p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-family: Courier New">CAUSE IN MY HEART AND IN MY HAND<br />I'VE NEVER TAKEN BACK <br />THE THINGS I SAID, SO I'M BOLD<br />&quot;I FEEL IT COMING DOWN&quot;, SHE SAID<br />IN MY HEART AND IN MY HAND<br />TELL MY WHY THIS HAS TO END</span></span></p></td><td><p><span style="display: block; text-align: left"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://funkyimg.com/i/21nqa.gif" alt="http://funkyimg.com/i/21nqa.gif" /></span></p></td></tr></table><p><span style="display: block; text-align: justify">Через несколько минут тыкания пальцем по экрану мобильного телефона, он почувствовал себя достаточно глупо, чтобы прекратить. И начал делать это раз в тридцать секунд, когда слух улавливал неизвестные вибрации ответа, который <span style="font-style: italic">ещё чуть-чуть</span> и придёт. На третьей попытке Кристиан Кауффманн застыл с пальцем на кнопке, вдавливая последнюю в корпус весом ментальной прострации, в которой оказался также неожиданно, как и в одиночестве на День Святого Валентина. И дело было вовсе не в празднике. К черту праздник, если остальная часть доселе невиданного союза не желала участвовать в увеселительных мероприятиях для бестолковых влюблённых. Проблема крылась в том, что вторая часть, кажется, потеряла желание участвовать в самом доселе невиданном союзе. Или была на грани. Куда уж лучше, особенно, если знать, что корень раздора таковым не являлся.<br />Спокойным движением он оттягивает руки сначала к краю стола, затем себе на колени, а после вовсе отталкивается от стула, не забывая захватить с собой чашку кофе. Короткое путешествие прочь от затыканной до смерти пластмасски прерывается за диваном, за который Кристиан протискивается, чтобы сесть на спинку, уперевшись взглядом в ночной город. Минутка романтики: где-то там на северо-востоке Рона Стиллер отказывалась отвечать на сообщения, и он нарочно смотрел в нужном направлении. Вдруг ментальные посылы сработают, и ему не придётся жить с ощущением вкрученного в задницу сверла, норовящего заработать стоит отвлечься хоть на миг. Слишком внезапная реакция для немецкой педантичной крепости безэмоционального дзена? Впрочем, чтобы вызвать зуд у Кристиана Кауффманна на ментальном и физическом уровне, надо было действительно постараться. И, пожалуй, ёмкое троеточие в виде недосказанности могло довести его до кондиции нервного паралитика, шлепающего подушечкой пальца в стекло мобильника. Добавьте в шипучую смесь катализатор в виде нежелания выслушать ёмкое объяснение, должное снять занавес мудачества с происходящего, и вместо тонкой полоски здравого смысла умудрённого опытом психолога, Кристиан получал неразборчивый клубок белых шумов. И как в таком состоянии разберёшь, где именно градус неадекватности превышал допустимые меры? <br />Мужчина делает глоток. Телефон подаёт признаки жизни. Несколько непредвиденные признаки жизни, потому что звонки посреди ночи &#8210; последнее, что входило в список ожидаемых событий. <span style="font-style: italic">«Кто-то здесь взрослая и независимая женщина?»</span> Похоже, что подобные приступы беспричинной горделивости распространялись только на рекламу. Потому что в следующую секунду диванная лирика завершилась спешными шагами к трезвонящей трубке. И он соврёт, если заверит вас, что не стал двигаться быстрей, завидев знакомое сочетание букв, мерцающее вдалеке не хуже елочной гирлянды.<br />— <strong>Да?</strong> — интонация застревает где-то между удивлением и оптимистичным настроем. Ещё одно наблюдение: на том конце провода неожиданно тихо для вечеринки в самом разгаре. Случилось чудо, и он может выдыхать? Не очень. По крайней мере, живописный взрыв водородной бомбы за десяток километров, дошедший до скромного убежища одиночки за долю секунды, не похож на тот разговор, о котором мечтал Кристиан. Уши заполняются назойливо повторяющимися гудками. На самом деле, всё сознание погружается в изучение периодичности раздающегося писка, поражающего и без того поражённый мозг. Кажется, что даже на лбу Кристиана вырисовывается худенькая полоска тишины, прерывающаяся резкими колебаниями звука. Загрузка. Точка. Загрузка. Точка. Загрузка... <br />Почти бессознательно он нажимает кнопку повторного набора, собираясь изобразить, будто ничего из этого не было. «Абонент временно недоступен.» Кристиан вздёргивает бровями. Раскрывает рот. Резко хмурится. Закрывает рот. Пожалуй, тактика слепого игнорирования не сработает. Он открывает окно сообщений, стараясь не обращать внимание на режущий глаз значок «не в сети.» Всё ещё заглушая внутренний голос, рвущийся анализировать ситуацию, быстро печатает: <strong>«Я думаю, что нам нужно поговорить.»</strong> Отправить. Кауффманн выключает дисплей раньше, чем увидит бесконечно долгое колёсико ожидания доставки. Шумное движение в сторону стола. В механической последовательности он берет отделяет проверенные работы от непроверенных, красноречиво складывая «Рону Стиллер» поверх прерванного процесса. Другая часть стопки отправляется прямиком в портфель, щелкающий подозрительно громко. Прямо по нервной системе.<br />Быть может, идея прийти кричать под окна была не такой уж бредовой. Глядишь, сопротивление дойдёт до той степени, что ему не останется иных альтернатив. Кауффманн останавливается посреди комнаты, ведет ладонями от лица в волосы и многозначительно выдыхает. — <span style="font-style: italic"><strong>Oh, God,</strong></span> — себе под нос с томным придыханием. Зато любые намёки на засыпающий организм мгновенно растворились в глубоко тронувшем за душу тоне и донесённой им информации. Так сильно, что аж захотелось попросить Элен Дё Пьерфё сделать лицо попроще. Во имя всех святых, в которых Кристиан не очень-то верил. — <strong>Празднуешь?</strong> — достаточно внезапно интересуется у собственного отражения, когда пик мысленного шторма достигает критической отметки. Практически с низкого старта мужчина выносится из комнаты, захватывая по пути кожаную куртку, ключ от квартиры и рассадник всех проблем двадцать первого века, оправдывая себя случающимся всегда не вовремя «вдруг», из-за которого ему необходимо иметь доступ к мобильной связи в любую секунду. Курс &#8210; выбивать из ног подбрасывающее чувство, ещё не разу не доводившее его до добра. Вину-то ему всё равно искупать перед Элен. А она девушка простая, подождёт пока он намотает парочку кругов по парку. И так до Второго Пришествия.</span></p> mybb@mybb.ru (Christian) Sun, 27 Sep 2015 21:11:13 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=378#p378 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=373#p373 <p><span style="display: block; text-align: justify">Ах, если бы мы только могли знать, каким резким поворотом может наградить нас судьба в самый непримечательный день. Если бы кто-нибудь сказал Кристиану Кауффманну, что сегодняшним вечером он будет швыряться ключами и сыпать словами, окрашенными в стойкий оттенок неадекватности, вероятно, он бы лишь взглянул на вас доводящим до белого каления «that's my face», так и не поверив в неизбежность. Но как тут не уверовать в то, что прочные нити нервов могут разойтись, когда находишь себя прижимающим собственную пациентку к двери, угрожая испробовать на ней радикально-альтернативные методы лечения?<br />С губ срывается последний гневный возглас, и мужчина замолкает, не слыша ничего, кроме громыхания пульса в голове. В горле окончательно пересыхает. Ему требуется несколько секунд, чтобы восстановить утерянный контакт с реальным миром, и когда это происходит, увы, легче не становится. Кристиан спешно моргает, уставляясь в глаза девушке с прорезающимся сквозь нахмуренные брови ужасом. Он раскрывает рот, чтобы попробовать смазать эффект от перелившихся через край эмоций, но неожиданный стук в дверь прерывает его, заставляя дёрнуться на месте. По спине пробегает липкий холодок от мысли, что некто может попробовать войти и застать последствия Апокалипсиса на узкой площади, но воспоминание о зашвырнутом в небытие ключе быстро успокаивает панический приступ. <br /><span style="font-style: italic">«Похоже на то?»</span> Секундой позже он опускает взгляд вниз, чувствуя как чьё-то туловище влепляется в его грудь. Она не бежит прочь &#8210; уже успех. Увы, порадоваться происходящему в полной мере не позволяет невидимое присутствие. Короткий вздох отчаяния. Голос по ту сторону уютной преисподней вспоминается ему не сразу, перебитый ускоренными ударами сердца по ушам. Когда же это происходит, лицо Кристиана теряет обеспокоенный вид, придавая себе оттенок блевотно-болезненного настроения. Вспомнишь г... Лучик, вот и солнце!<br />— <span style="font-style: italic"><strong>Заклинило у меня не только дверь,</strong></span> — переходя на сакральный шёпот, уставляется на дверную ручку. Мужчина прикрывает веки, закатывая глаза и поджимая губы. Последний, кого не хватало в букете сегодняшних событий &#8210; мисс Кронски, которая при всём своём дружелюбии и открытости, порой начинала пугать. Например, когда так настойчиво рвалась проломить дверь невзирая на препятствие вроде замка. Наверное, потому Кауффманн не спешит оповестить женщину о своём добром здравии и лишь приобнимает Рону за плечи, стараясь не подавиться прорезающейся наружу гаммой ощущений. От желания упрятать себя подальше от мира за монолог душевнобольного до рвущегося наружу смешка от плачевности собственного положения. <span style="font-style: italic">«Притворишься, что кричишь на книжные полки?»</span> Лучше уж так, чем рассказать о пике профессиональных свершений в виде насильственного задержания пациентки. —&#160; <strong>Эмили, вам что-то нужно? Я тут немного... Занят,</strong> — предварительно прокашливаясь, он старается звучать как можно более отвлеченно от их диалога. И изображать из себя непроглядную занятость было бы в разы проще без многозначительных комментариев оказавшейся в ловушке жертвы. По правде говоря, не очень-то она походила на запуганную силой мужского слова. Рона вставляет свои пять копеек, и вместо попытки прекратить волнения за стеной из Кристиана вырывается сдавленный смех. Честное слово, если минутой раньше он не напомнил себе начинающего истерика, то зажал бы Стиллер рот во избежание подобных вставок. Вместо этого он дёргает рукой, намеренно задевая её хвостик, и вновь принимается за душевное спокойствие преподавателя литературы. — <strong>Я,</strong> — видимо, он прозвучал недостаточно громко, потому что певучие интонации, раздражающие слух, не заставили себя ждать. Женщина ещё не заканчивает свою фразу, а организм уже сопротивляется возможности провести увлекательный личный сеанс. — <strong>Я всё помню, не беспокойтесь,</strong> — с экспрессией, будто только что зажевал горстку земли, откликается чуть громче. ­— <strong>Простите, что отвлёк от работы посторонними... Звуками,</strong> — и если кому-то могло показаться, что следом прозвучало безмолвное, но очень громкое «которой вам давным-давно пора заняться», то не показалось. <br />Кристиан так внимательно прислушивается к звукам снаружи, что когда Рона исполняет нападающий прыжок, от неожиданности он прекращает дышать, но успевает подхватить хрупкое тельце. Он делает несколько шагов назад, стараясь как можно громче показать, что не собирается впускать никого в свои белые стены. Пульс наконец-то успокаивается, позволяя смотреть на окружающую действительность без аккомпанемента в виде разрывающихся снарядов ярости. Когда Стиллер остраняется, он переводит глаза на девушку, тут же различая заданный наклон беседы. — <strong>Поверь мне, я пытался намекнуть ей, что,</strong> — лишнее движение дверной ручки вызывает эмоциональный шторм в виде округлённых глаз и глубокого грудного вздоха. <span style="font-style: italic">«Живее всех живых.»</span> — <strong>Не стоит рваться с таким усердием,</strong> — голос окрашивается в лёгкий флёр недовольства. — <strong>Но похоже, мисс Кронски не устроена так, чтобы воспринимать то, что ей не хочется слышать,</strong> — Кристиан делает ещё один шаг назад, и внезапно натыкается на остатки устроенного обоюдного спектакля. Заглядывая себе под ноги без какой-либо жалости мужчина аккуратно отметает книгу в сторону, и слабо ухмыляется, возвращая взгляд на Рону. — <strong>К слову о сеансах,</strong> — на его лицо возвращается довольная улыбка, пока сохранивший свой пост психолог продолжает пятиться назад до рабочего стола. Присаживаясь на последний, он слегка подкидывает девушку повыше и, закусывая нижнюю губу, продолжает. — <strong>Тебе не стоит беспокоиться об Эмили Кронски,</strong> — с полным осознанием своей смертности, выгибает бровь, — <strong>Я бы даже сказал, что тебе вообще ни о ком не стоит беспокоиться,</strong> — ведь разве не этот аспект взаимоотношений так взволновал рыжую голову, что она вдруг решила прилипнуть всем телом? В таком ракурсе даже стоило поблагодарить непрошеную гостью за своевременное появление.<br />До ушей долетают капитулирующий стук каблуков, и Кауффманн облегчённо выдыхает. Стоит поблагодарить Вселенную, что никто не вызвал наряд спасателей, чтобы вызволить его из ловушки сломавшейся двери. Хотелось бы посмотреть на энтузиазм Эмили, если бы она обнаружила заработавшегося коллегу в его нынешней позе. Хотя, возможно, проблема с отшиванием навязчивой влюблённой разрешилась бы сама собой. — <strong>Смею предположить, что теперь поползёт слух о том, что у штатного психолога поехала крыша,</strong> — тихо хмыкая, он окидывает разбросанные вокруг предметы. На мгновение веселый настрой гаснет, но улыбка остаётся слегка приподнятыми кончиками губ. — <strong>I'm sorry, if I scared you. I didn't mean to go all «Apocalypse Now» on you. It's just,</strong> — фраза обрывается, и Кристиан отводит глаза в сторону, изумлённо качая головой. — <strong>You make me feel... All my emotions are multiplied by hundred,</strong> — ещё один негромкий смешок. Он хмурит брови, поднимая взгляд на Стиллер, — <strong>If you want something, please, just tell me. I can deal with the truth. But if I don't know, then I may fail in guessing and we are going to have a problem. Or else,</strong> — делая вдумчивую паузу, щурится, — <strong>В следующий раз, мне действительно могут вызвать наряд людей в белых халатах со смирительной рубашкой,</strong> — ухмылка. Он проводит тыльной частью ладони по бледной щеке, стараясь не обращать внимание на возвращение привычной дрожи внутри. Кому как не ему понять раздражающий страх перед будущим, плотно засевший на подкорке мозга? Но в моменты, когда буря стихала, поддаться тысяче «что если» уже не получалось.</span><br /><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Lucida Console">AND THE WATER IS RISING QUICK,<br />AND FOR YEARS I WAS SCARED OF IT,<br />WE CAN'T BE SURE WHEN IT WILL SUBSIDE,<br />SO I WON'T LEAVE YOUR SIDE,<br />NO, I CAN'T LEAVE YOUR SIDE.</span></span></p> mybb@mybb.ru (Christian) Sun, 27 Sep 2015 21:05:47 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=373#p373 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=354#p354 <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Courier New">Смотри, какое классное пустое место, <br />Давай на нём с тобой построим ссору, <br />Не надо нам цемента и асбеста, <br />Не надо стройку ограждать забором;<br />Я уже чувствую, что скоро заскрипят рессоры. </span></span></p> <p><span style="display: block; text-align: justify">Марина не привыкла к такому яркому выражению эмоций. В их доме хоть и царила аура эмоциональной непринужденности (бой на лопатках для жарки или кусание матери домочадцев за различные части тела), никто никогда не пытался показать свою боль по принципу “кто громче орет”. А потом появилась сестра. Где-то на 13-ом году её жизни Марина впервые узнала, что так бывает. Бывает, что человеку кажется, будто бы вокруг царство глухих, и для этого он повышает голос, бьет себя в грудь и издает шумные возгласы. Вообще, бывает много всего непостижимого уму, но, пожалуй, то, что Кауффманн пришлось испытать сегодня – это финиш. Младшая сестра хотя бы не заставляла людей участвовать в своем театре одной роли и, как правило, удалялась рыдать в комнату, громко хлопнув дверьми, и еще никогда за долгие годы Марину не трогали эти нездоровые попытки показать всему миру свою боль.<br />Все бывает впервые. Она ведь наивно верила, что является не плохим психологом, и что если у “ребенка” истерика, то ни в коем случае нельзя потакать, не то, чтобы поддаваться ответной панике, потому что, как выяснилось только что, клин клином не так уж и вышибает. Вытряхнув наизнанку все свои жизненные силы, на прощание Марина увидела лишь стеклянные глаза, которые вряд ли отражали понимание и беспокойство за результат своей деятельности.<br />Падая на кровать, Марина издает истерический всхлип, и сжимает пальцами подушку, едва ли осознавая, что все происходящее реально. Головная боль удваивается, с новыми силами принимаясь терзать опухший мозг. Хаос мыслей сливается со стойким ощущением полнейшего непонимания, и выбирая между “быть оставленной в покое” и “быть брошенной в слезах” Кауффманн написала бы – лучше газ. Впрочем, она практически не сомневалась в том, что парень вернется. Подсознание играло свою роль, вынуждая ожидать того, чего бы не стоило. Ведь если рассуждать логически, то было бы весьма не плохо, дать этим двоим придти в себя, но побег с поля боя сейчас расценился бы как пожизненная капитуляция и все бы кончилось обидой до глубины души.<br />Дверь в комнату щелкает, обозначая вторжение, и Марина отчаянно пытается подавить в себе очередной громкий всхлип, отворачиваясь к окну, так и не разобравшись, чего хочет больше: не видеть или, чтобы не видели. Тело инстинктивно вздрагивает, когда плед слоем ложится сверху, и на секунду девушка остается благодарной, что Уитмор додумался сделать шаг назад раньше, чем могла бы случиться катастрофа. Секундой спустя, она нервно сбрасывает щедрый жест заботы и снова утыкается в подушку; Чарли начинает говорить.<br />О миссис Эддисон, на что у Кауффманн едва ли хватает сил не ответить нечто вроде “мне похуй”, потому что частота употребления мата за последние десять минут превысила все допустимые лимиты и матершинница вошла в раж. Далее силы покинули сотрясающееся тельце. И хотя Кауффманн все еще слышала отголоски возможного диалога в своей голове, уже не могла воспроизвести ни звука, зажмуриваясь из последних сил, чтобы выдавить из себя эти противные соленые капли. Разумеется, сквозь эту призму глубинный смысл слов Уитмора доходил чуть размытей, однако, когда над тобой упорно стоят и толкают речь, не просто сделать вид, что ничего не расслышал, а Марине бы сейчас этого очень хотелось. Ей, как напуганному ребенку, за стеной комнаты которого ссорятся родители, хотелось бы зажать уши и подождать, когда в доме снова наступит тишина, но вместо ожидаемого – лишь отголоски ссоры в виде натянутого копошения за стеной, которые еще не скоро дадут выдохнуть без примеси соли и горечи на корне языка.<br />Подтягивая коленки под себя, Марина попыталась свернуться калачиком и успокоиться. Приоткрытая дверь донесла обрывки разговора Чарли с миссис Эддисон, но репетиция и судьба конкурса – это меньшее, что сейчас беспокоило девушку, хотя каких-нибудь пару месяцев назад все было бы с точностью до наоборот. <br />“Нужно что-то решить”. Мысленный процесс в голове походил на подмороженную сахарную помадку. Мозговой вакуум не давал собрать части разворошенного паззла, а ведь каких-то пару дней назад Кауффманн казалось, будто бы она все для себя решила. Отношения с Чарли казались настолько нереальной перспективой, что проще было бороться с собой до победного конца, чем вступать в них в состоянии полной неготовности к таким крутым поворотам. Откуда она могла знать, что фатальная ошибка в восприятии имени превратится в эту драматическую историю, финал которой каждый раз оставался открытым благодаря попыткам Уитмора достучаться до бункера Марины. Быть может, все это должно было происходить иначе. Быть может, все могло бы получиться, если бы не тонны лжи и отчаяния в моменты, когда все казалось недоступным для понимания и принятия. Кто знал? Уж точно не заплаканная, подрагивающая Кауффманн, превысившая все возможные лимиты своего эмоционального диапазона на долгие годы вперед. <br />Только сейчас девушка смогла выдохнуть, расслышав негромкое копошение со стороны гостиной, которое постепенно сошло на “нет”. Хлопка двери не было слышно. Возможно ли то, что Уитмор ушел бесшумно, оставив её здесь среди груды вопросов, так и недопитой бутылки и битого стекла? По телу прокатывается неприятная дрожь, и состояние непонимания заставляет Кауффманн набраться сил и приподняться на кровати, чтобы вслушаться в тишину. Никого? На миг она представила себя вновь запертой в стенах этой пустой квартиры, и стало тошно. Девушка устало скинула ноги с кровати и оттолкнулась от матраца, двинувшись к двери весьма неуверенно и вяло. Стоило показаться из-за поворота, как макушка Чарли нарисовалась чуть поодаль у места катастрофы – в любой непонятной ситуации разгребай руины – достойный гимн их сожительству.<br />Марина прислонилась к косяку стены и сложила руки на груди, затихая с шумным выдохом. Наверное, нужно было что-нибудь сказать, но слова словно улетучивались в космос, не успевая родиться. Через пару секунд, девушка оттолкнулась от опоры и двинулась в сторону кухни, прихватывая с собой ведро и кухонную тряпку, и если бы не внезапно развернувшаяся с нового ракурса картина, она бы молча присоединилась к оттиранию последствий взрыва, но…<br />- <strong>Что ты делаешь?... </strong>– Замерев на месте, Марина вытаращила покрасневшие глаза на новоявленного Пьеро. Секундный ступор сменился удивлением, а на смену ему явился хмурый лоб и чувство паники, заставляющее поставить ведро на пол и ринуться в сторону аптечки, не говоря ни слова. Через полминуты, Марина появляется в комнате, готовая оказать первую медицинскую помощь пострадавшим, но от попыток вступить в диалог снова ограждает отсутствие словарного запаса. Молча пыхтя, Кауффманн пикирует на пол, подбирая под себя ноги в пижамных штанах, и спешно открывает коробку с медикаментами, свободной рукой хватаясь запястье Уитмора с видом полным решимости и отказа к сопротивлению. Нервно посапывая, девушка достает пузырек с перекисью и беспощадно выливает на рану, тут же прислоняя край бинта, промакивая кровь, чтобы осмотреть порез. Недавно увиденное на миг сеит сомнения насчет природы этих нескольких посеченных подушечек пальцев, но в последний момент Марина одергивает себя от щедрого предположения про склонность к суициду, ибо это уже край. [float=right]<img class="postimg" loading="lazy" src="http://31.media.tumblr.com/eea0936695b7791e9d209c6e30b7673a/tumblr_n71g55Kl5l1t4an54o2_r4_250.gif" alt="http://31.media.tumblr.com/eea0936695b7791e9d209c6e30b7673a/tumblr_n71g55Kl5l1t4an54o2_r4_250.gif" />[/float]Трясущимися пальцами, девушка достает несколько пластырей, спешно залепляя порезы, и до тех пор, пока не заканчивает, не может убрать с лица этот напряженно-сосредоточенный вид, потому что только он спасает её сейчас от прямого взгляда в глаза. Впервые за долгое время Чарли оказывается так близко, что становится тяжело дышать. Непослушное сердце получает новый разряд электричества. По щекам снова начинают катиться соленые слезы, но Марина делает вид, что ничего не происходит, проверяя, достаточно ли крепко держится край пластыря на последнем пальце парня. За слезами следует всхлип. За всхлипом странный жест плечом, очевидно в попытке изгнать из себя демона слез, но ни о каком спокойствии уже можно было не мечтать. Марина отпускает руку Чарли, мягко припечатывая запястье к его же колену, а затем резко стирает мокрые дорожки со щек тыльной стороной ладони, и принимается растыкивать все принесенное по углам коробки с удвоенной скоростью. Ощущение полнейшего провала мгновенно распространяется по всему телу, обволакивая внутренние органы; трудно дышать. В последний момент, когда коробка находится в состоянии готовности к отбытию на законное место, Марина резко роняет её и подается вперед, обессилено падая на Уитмора, чтобы через секунду измазать его шею явными признаками собственного отчаяния. Наверное, она пожалеет об этом совсем скоро. Наверное, наверное, наверное. Силы заканчиваются так быстро. – <strong>I’m sorry, I’m so sorry, Charlie,&#160; -</strong> Невнятное бормотание прорывается сквозь приступ истерики. Марина хватается пальцами за края майки Уитмора, сминая ткань в кулачки. –<strong> I just… I didn’t know what to do… I just… I do! I do love you, but it’s hard to show my feelings… and you can hate me now… I… I understand why…</strong>. - Затем девушка резко отрывается, ошарашено оглядываясь по сторонам и тут же опускает глаза, переходя на панический шепот – <strong>I’m sorry, </strong>- Хватается за коробку, из которой снова вывалилось все содержимое и пытается быстро запихнуть все обратно. -<strong>&#160; I didn’t… didn’t mean to hurt you that way… any way.. I'm so stupid.. Swear I'll never bother you again... never hurt you again..</strong> - На этом сдается, сгребает все в кучу, резко поднимается на ноги, прижимая аптечку к груди, после чего исчезает в направлении ванной комнаты; раздается щелчок замка, наступает тишина.<br />Марина замирает на полувдохе, так и не отпустив несчастную коробку, впечатываясь лбом в ближайшую стену, чтобы не задохнуться, ведь кислород закончился, как и все, что когда-либо начиналось.</span></p> mybb@mybb.ru (Marina Kauffmann) Sun, 27 Sep 2015 20:47:27 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=354#p354 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=345#p345 <p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://savepic.ru/7411201.png" alt="http://savepic.ru/7411201.png" /> &gt; <img class="postimg" loading="lazy" src="http://funkyimg.com/i/YDTk.png" alt="http://funkyimg.com/i/YDTk.png" /></span></p> mybb@mybb.ru (Christian) Sun, 28 Jun 2015 17:11:07 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=345#p345 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=337#p337 <p><strong>Christian</strong><br />ВДЫЛМСЬВДКЛАЬВКД<br />ВМСЛЬВКДЛЬМ<br />ФМЬЛВЩКЬМВ<br />ВЛМЬДВ<br />это был мой бесценный комментарий, но русфф не тал мне его сказать!!!!!!<br />я подумала, что это почти как Рона в ГП, побелела, когда все плохо(((((((((((<br />я прям вижу, это они воссоединились после той ссоры!!!!<br />не ту выбрал, Кристиан...... НЕ ПО ВОЗРАСТУ, НАВЕРНОЕ, ТЫ УМНЫЙ А РОНА ТУПАЯ&#160; :smoke:</p> mybb@mybb.ru (Rona Kauffmann) Fri, 19 Jun 2015 06:05:41 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=337#p337 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=334#p334 <p><span style="display: block; text-align: center">Листья клёна падают с ясеня<br />Нихуя себе, нихуя себе xDDD<br />Он даже не хочет её сожрать?.....</span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://media.zenfs.com/en_us/News/ap_webfeeds/3a8d92584a0a8f066d0f6a706700c76c.jpg" alt="http://media.zenfs.com/en_us/News/ap_webfeeds/3a8d92584a0a8f066d0f6a706700c76c.jpg" /></span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="http://cdn04.cdn.justjared.com/wp-content/uploads/2015/02/portman-knight/natalie-portman-christian-bale-knight-of-cups-berlin-07.jpg" alt="http://cdn04.cdn.justjared.com/wp-content/uploads/2015/02/portman-knight/natalie-portman-christian-bale-knight-of-cups-berlin-07.jpg" /></span></p> mybb@mybb.ru (Rona Kauffmann) Wed, 17 Jun 2015 00:41:51 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=334#p334 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=327#p327 <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><strong><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: Times New Roman">I'm sorry<br />For everything I could have mended<br />The book work turn out the way<br />It should have ended</span></span></strong></span></span></p> <p><span style="display: block; text-align: justify">Марина всегда считала себя постоянным человеком, и, разумеется, это постоянство распространялось на область дел сердечных. В школьные годы, пока другие девочки набивали себе “шишки”, “ели собак” и “сидели на подоконниках с сигаретами, думая о нём”, Марина непроизвольно, но верно взращивала в себе маленького скептика, оценивающего любовь как набор необходимых характеристик, без которых просто невозможно испытать это светлое чувство. Она не понимала подружек, отчаянно мониторящих страницы социальных сетей, чтобы следить за жизнью “самого популярного парня в школе” с надеждой, что он окажется принцем на белом коне и обязательно полюбит прыщавую малолетку, раскатавшую губу. Приходилось делать сочувствующее лицо, выслушивая очередную историю не сбывшихся ожиданий , нов голове Марина всегда анализировала каждое нелогичное действие со стороны печальной брошенки. Возвращаясь домой, она обнаруживала своих родителей, которые, кажется, были буквально созданы друг для друга, а потом пыталась представить, как 18-ти летний отец разбивает девичьи сердца, просто потому, что это “такой возраст”. Конечно, вряд ли Кауффманн младшая относила Кристиана к лику святых, ожидающих “той единственной” до второго пришествия (если учесть возраст, в котором он женился на матери), и тем не менее, предпочитала ориентироваться на семейные ценности в том виде, в котором они попадались ей на глаза; бесконечными объятиями, перестрелками яичницей во время готовки завтрака, громким писком мамы из кладовки и испуганным видом отца, несущегося на помощь с поварешкой и в фартуке так отчаянно, словно бы мать захватил в плен кладовочный монстр. В определенном смысле, семья Кауффманн всегда была образцом стабильности и взаимопонимания, и это та причина, по которой Марина видела свои отношения такими же честными, открытыми и уверенными; подростковые драмы еще никогда не способствовали залогу крепкой любви. <br />О том, что в университете ей понадобится больше выдержки, Марине никто не говорил. И дело тут вовсе не в слабости духа, и даже не в подходящем всё ближе рубеже возраста, при котором уже неловко сообщать, что у тебя нет молодого человека. Марина заметила, что окружающие её молодые люди обрели интеллект, образ и подобие мужчин, и маленький скептик внутри неё стал допускать возможность, что где-нибудь (среди старшекурсников) бродит её вторая половинка, так что пора начать присматриваться.<br />Примерно в этот период, Кауффманн впервые поняла, что всё не так просто, как ей бы того хотелось. Хотя бы потому, что её первый парень, Лиам, не напоминал ей вторую половинку с самого момента знакомства, но всё же поучаствовал в кастинге и даже получил роль. Марина долго (и терпеливо) ощущала эту увеличивающуюся дистанцию от идеального образа до того, “к чему мы пришли в итоге”, но пуститься в дебри самоанализа ей удалось только после завершения этой чудной истории. И это был первый случай, когда Кауффманн осознала – стоит быть жестче. Пересчитывая по пальцам все очевидные маркировки бракованного экземпляра, она всё больше убеждалась в глупости и нелогичности чувства притяжения к противоположному полу; даже читала книги о том, какова истинная природа любви. Одна из теорий привлекла её внимание достаточной аргументацией - мы все подсознательно выбираем мужчин по критериям годности для продолжения рода – однако, вспоминая Лиама, Кауффманн так и не нашла в нем ни одного сходства с идеальным продолжателем рода сего. Что с ней не так?<br />Последние пару месяцев девушка как раз занималась выяснением этого вопроса, параллельно пытаясь составить ментальный фоторобот человека, с которым никогда не станет пытаться что-то построить. Она решила, что если у парня будет хотя бы 5 качеств от списка запрещенных десяти тысяч, то дорога в её идеальный мир ему заказана и никакое обаяние не в счет. Примерно в этот момент в её жизни появился Чарли Уитмор. Быть может, не стоило так отчаянно пытаться подогнать свое восприятие под жесткие рамки? Быть может, она просто читала неверные книги? Быть может, она не дописала парочку непреложных правил или упустила какой-то жизненно важный момент, когда повела себя не так? Быть может, быть может, быть может… Отчаянные попытки найти хотя бы одну причину происходящему начинались каждый раз, когда между ними с Чарли возникали подобные недопонимания, и порой они доходили до крайностей (“how to unlove a person”).<br />Холодный голос Чарли заставляет девушку очнуться от размышлений. Она едва не врезается в фигуру, выросшую на пути, и моментально теряет свою уверенную собранность, заслышав интонацию, с которой на неё вылилась его ответная реплика. Секунда, голова Кауффманн дергается в отрицательном жесте, но, кажется, кто-то опоздал с прозрением. Марина хватается за лямку сумки, дергая её с какой-то неистовой силой – <strong>Н-нет,</strong> - Вырывается смято, но попытки найти правильные слова меркнут на фоне профиля сурового Уитомра, и Марина пропускает несколько бесценных возможностей объяснить ему хоть что-то, до тех пор, пока парень не хватается за свой рюкзак. – <strong>Всё не так, Чарли, </strong>- Умоляющая интонация вырывается из каких-то потаенных глубин, ведь пять минут назад вместо Марины здесь работал бульдозер. Девушка окидывает Чарли растерянным взглядом, еще раз решительно дергает ручку сумки на плече, но всё же не делает и шага туда, куда рвалась прежде. <strong>– Не этого,</strong> - Вырывается моментально на его финальный вопрос, а в голове образуется необъяснимая пустота. Все её теории в очередной раз терпят крушение, и Марине начинает казаться, что у Уитмора есть определенный талант. Даже Лиам, мастер ораторского искусства, не мог сломить её уверенность в собственном мнении, потому что только и делал, что использовал скептический сарказм. С Чарли не хотелось спорить. И хотя каждый раз Марина делала именно это, она натыкалась на несгибаемый иммунитет к необоснованным аргументам, и она начинала сдаваться. Ведь, этот раз не станет счастливым исключением? <br />Лицо девушки тускнеет. Былой ажиотаж выдавать свой заученный монолог стеной непонимания спадает, как и пелена с глаз. Марина вспоминает Лиама вновь, перебирая в голове схожие характеристики, но, увы, не находит и единой причины отнести Уитмора к числу определенно точно не подходящих, не находит вообще ничего. –<strong> Ты мне нравишься, -</strong> Она отводит глаза в сторону. Трогательная речь о дружбе становится причиной такого заявления в первую очередь. Чувство вины не заставляет себя ждать. – И<strong> я, действительно, не считаю тебя глупым, просто… так бывает, когда человек тебе не безразличен, он начинает искать встречи, вот я и подумала…</strong> - Неуверенность обрывает фразу на полуслове. Марина сглатывает подкатившее чувство тревоги и в режиме реального времени пытается скорректировать свои ощущения; она ведь теперь не разочарована тем, что Чарли сделал это не намеренно? По крайней мере, не слишком ли это заметно? – <strong>Подумала, что ты хотел попытаться еще раз. Не очень представляю себе, как мы будем изображать друзей, уж извини...</strong>– Сумка терпит третий рывок лямки, мысли по-прежнему не желают просиять логичностью. Но тут в голову прилетает короткое воспоминание, которое магическим образом выпало из головы ненадолго, а теперь вдруг оказалось таким бесценным. - <strong>Хотя, видимо, для тебя это нормальная практика.</strong>&#160; -&#160; Противное лицо Тины де Росси заполоняет голову. Секунда. Марина дергает головой, стараясь не акцентировать внимание на этой реплике. Должно быть, это не совсем её дело. Определенно точно - нет. Глубокий вдох, она наскоро добавляет –<strong> Я же уже говорила, что проблема во мне. И ты не виноват, что я такая… Ты не виноват, что я хочу, но не могу справиться со своими эмоциями. Возможно, ты не виноват вообще ни в чем, разве что в том, что решил влюбиться в меня...</strong> – Образ Тины де Росси возвращается снова. Марина пожимает плечами почти сочувственно, но в этом сочувствии обнаруживает примесь прохлады и неконтролируемой тени сарказма. – <strong>Ничего не может измениться, если мы будем постоянно контактировать. –</strong> Ей кажется, что её слова звучат намеком, но на деле лишь вызывают чувства паники. Бегать от Чарли молча было проще, чем бегать по обоюдному согласию. –<strong> Ты как…</strong> - Она складывает ладони в форме шара –<strong> Эпицентр моих реакций. Я… каждый раз, когда мы сталкиваемся я… </strong>- Черт знает, что хотело выдать больное сознание, Тина де Росси вновь вернулась, чтобы подкорректировать окончание реплики, но, видимо, судьба решила иначе. В момент, когда Марина открыла рот, кто-то открыл двери в актовый зал, и в проеме нарисовалась фигура последнего человека, которого хотелось бы посвятить в данный элемент репетиции.<br /><strong><em class="bbuline">- Куда это вы собрались?</em></strong> – Недоумевающее лицо миссис Эддисон тактично отодвигает Айсберг и возвращает Титаник на прежний курс. Марина округляет глаза, и рука, накрепко державшая лямку сумки, делает одолжение, резко скинув оную прочь. <strong>– Мы, мы… выходили за кофе, -</strong> Когда рассудок выдает удачный вариант ответа, Кауффманн резко оборачивается на помощника капитана Титаника и дергает бровями в жесте “ну, скажи, что это было так!”. (Читать: только попробуй не). <br />Не дожидаясь мгновенной реакции, девушка возвращается к креслам, чтобы кинуть туда вещи. Миссис Эддисон интересуется:<br />- <strong><em class="bbuline">Всё в порядке?</em></strong> – И это подозрение в её интонации начинает злить. Марина сияет в ослепительной улыбке –<strong> Более чем! Чарли схватывает на лету,</strong> - Она подходит к Уитмору и складывает руки за спиной. –<strong> Мы как раз хотели попробовать варианты поддержки, останетесь посмотреть? </strong>– Кауффманн буквально сдирает рюкзак с плеча Чарли и, игнорируя недоумение, отправляет его следом за своей сумкой с видом полной уверенности в своих словах. <br />Наверное, не нужно было быть откровенной настолько, чтобы&#160; реальность отрезвляла следом так, что начинаешь пылать таким отчаянным желанием проверить свою выдержку на прочность. Или дело в чем-то другом? Тина де Росси противно улыбнулась Марине с фотографии в инстаграме. Быть может, быть может, быть может…</span></p> mybb@mybb.ru (Marina Kauffmann) Mon, 20 Apr 2015 13:44:01 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=327#p327 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=325#p325 <p><span style="display: block; text-align: justify">Знать бы, что принесет нам завтрашний день. Просто взять и отодвинуть завесу слепоты, убедиться в своих прогнозах, разочароваться в своих экстрасенсорных способностях – что-нибудь, только бы не неизвестность. Эбби Шеппард благополучно принадлежала к той категории людей, которые рвались в новый день только имея в руках один-два козыря на случай апокалипсиса. Расписанный по часам день, включающий в свое меня в основном только правильный образ жизни – вот что представляла из себя реальность Шеппард. Наверное, где-то в далеком будущем и в возможной туманной перспективе она и видела в кругу своего доверия мужчину, но Шеппард была готова поклясться, что в её скромных представлениях у него не была лица Айзека Кравица.<br />Это не дискриминация. По крайней мере, Эмберлинн усиленно пыталась доказать обратное, чтобы не выглядеть узкомыслящей и не логичной. Айзек не дал повода усомниться в своих чудесных качествах, и, в конце концов, она решила, что пойти на принцип – означает проиграть бой с самой собой. <br />В момент, когда мятые куски картинок сложились в такую складную теорию, Эбби даже как-то успокоилась, тем более, что Айзек дал свое согласие, а еще, допил чашку чая, как она велела. – <strong>Воу, воу, -</strong> Коротко бросает с удивлением, когда Кравиц оживляется настолько. – <strong>Молодец!</strong> – Чуть бодрее, потому что правильное поведение мужчин нужно поощрять до того, как они забудут о своем подвиге. Ураган Кравиц тут же взмывает в воздух, и Эмберлинн ничего не остается, кроме как напасть на след, хотя около минуты она все еще стоит в гостиной, недоумевая. Может, стоило кинуться и отнять свою кружку до начала апокалипсиса? Уж больно беспокойными были звуки из недр кухни. –<strong> Всё хорошо? </strong>– Она перестает, наконец, ковырять себя, ковер и все, что попадало, и стартует в сторону объекта шума, чтобы воочию убедиться, что её коробки, возможно, под угрозой серьезной опасности: у нас завелся здесь маленький рукожоп. Эбби сочувственно дергает бровями и в её взгляде читается: “не можешь управиться с кружкой?” Точнее, лично Шеппард ничего такого не подумала и близко, но Айзек ведь прочел! Прочел и решил, что теперь она откажется от его бесценной помощи и, вероятно, объяснит всё этой живописной картиной. Эбби поджимает губы в тонкую полоску, складывает руки за спину и терпеливо дожидается, когда словесный поток из уст собеседника даст знать о своем завершении.<br /><strong>- Мечты сбываются, </strong>- Шеппард решает благополучно пропустить ту часть, где её представили истеричкой, способной отменить все планы из-за… кружки. – <strong>Ни то и ни другое</strong>, - Она проходит в глубь комнаты и, обогнув фигуру Кравица, заботливо берет чашку в свои руки, подставляя её под поток еще прохладной воды. –<strong> Мы будем стрелять из лука</strong>, - Заявляет девушка после небольшой паузы и на краткий миг чувствует себя Зеной, королевой воинов. На губах теряется едва заметный смешок, потому что даже спиной, она чувствует, как недоумение её собеседника расстилается&#160; по комнате ненавязчиво, но очевидно. Предупреждая реакцию, она добавляет –<strong> Знаю-знаю, впечатляет</strong>, - Отставляет кружку в сторону, заботливо протерев полотенцем, складывает полотенце на бортик раковины и оборачивается лицом к Кравицу. Странное ощущение тут же овладевает рассудком, но Эбби не принимает позу защиты, напротив, опирается ладонями о столешницу позади себя и выглядит вполне открытым собеседником. – <strong>Айзек, зачем тебе это? – </strong>Её прямой вопрос сопровождает не менее прямой взгляд ясных голубых глаз. Обеспокоенный ребенок, явивший себя миру там, в гостиной, куда-то магическим образом испаряется, оставляя смотрящую в душу разумную женщину. Разумную по скромному мнению Шеппард, конечно. <br />Как забавно получается, она отшивала Кравица долгими неделями, а сегодня вдруг за пару часов показала ему дорогу к своему дому. Эбби не была суеверным человеком, не верила во всякие знаки судьбы и символы, но в момент, когда в её квартире оказывался посторонний объект мужского пола, которому она гладила рубашку и делала чай, все же пришлось порассуждать о намерениях вселенной. <br />Признаться, Эбби не видела смысла в дружбе полов. Это был важный пункт её мировоззренческой системы, и в каком-то смысле, он определял прозвучавший только что вопрос. Когда осознаешь, что кто-то волнуется гораздо больше тебя, автоматически обретаешь немного уверенности в себе, быть может, с этим был связан такой прилив прямоты у Шеппард, а может, все дело в том, что охота в родных угодьях это довольно важное мероприятие. К тому же, ей&#160; придется познакомить Айзека с семьей, что тоже требует определенной подготовки и получения ценных сведений о личности Кравица заранее. Во избежание всяких неловких ситуаций. –<strong> Ты весёлый парень, предпочитающий соответствующих себе девушек. У тебя много друзей, а так же, судя по рассказам Дилана, интересная и насыщенная жизнь. И вдруг ты хочешь дружить с человеком, абсолютно противоположным твоим взглядам и образу жизни. Шутки про четвертый размер груди это, конечно, весело, но…</strong> - Эбби жмет плечами и смято улыбается –<strong> Ты же понимаешь, что я не буду с тобой спать. Может, не стоит тратить своего времени? Я, знаю, что такое спортивный интересно, но... со мной это не сработает. Многие пытались. </strong> – Сердце в груди вновь разбивает частоту пульса в дребезги. Наверное, стоило оттянуть момент искренности хотя бы на парочку дней подальше, но Шеппард показалось, что Айзек в самом деле мог бы подняться на планку выше в её глазах, а это повлечет за собой определенные перемены в общении и восприятии человека. Каждый раз, когда все близилось к вот такому вот рубежу, Шеппард начинала беспокоиться.</span></p> mybb@mybb.ru (Abbey Shepperd) Thu, 16 Apr 2015 00:24:18 +0300 http://letheflamesbegin.rusff.me/viewtopic.php?pid=325#p325